Неужели в вашем чистом сердце смогла поселиться крыса-ревность? – Я притворно всплеснул ладонями, а впрочем… – Смотрите, мне нечего скрывать.
Она придвинулась поближе, Фамильяр тоже заинтересованно приоткрыл один глаз, и мы все вместе посмотрели, так сказать, «семейное кино». Кот философски пожал плечами, а правнучка архангела скрипнула зубками. Как я понимаю, «поцелуя», обещанного брюнеткой, она не простит ни ей, ни мне.
Повисла длинная, крайне многозначительная пауза, никто из нас троих не рисковал первым открыть рот, но примерно в эту же минуту карета вдруг резко остановилась. Мы прибыли на место. Васильевский остров, рабочие окраины порта, мостовая перед особняком братьев Брусницыных. А мне-то наивно казалось, что после недавних взрывоопасных событий ремонту тут предстоит на полгода…
– Ничего не изменилось, – выдохнула моя спутница, когда я вышел и подал ей руку.
– Как будто не было сражения и силы Света поражения, – подтвердил маленький котёнок, спрыгивая за ней следом. – Бои шли яростно и страстно, был каждый грозным и опасным, и в разрушенье этих башен был памятник победе нашей!
– Что ты несёшь? – Я с трудом удержался от искушения дать ему зонтом по башке. – Какие башни, какие победы? Ради рифмы искажаешь реальную историю событий. Хотя…
Кому и когда была интересна чисто историческая правда? Именно легенды и мифы всегда захватывают умы, а не сухие документальные сводки с фронта боевых действий. Приключения случаются там, где есть фантазия. Там, куда нас с детства уводят Дюма, Стивенсон, Конан Дойл, Стокер, Толкиен и Желязны. А где правит бал сухая наука, появляются Стругацкие с «Понедельником»…
Я задрал голову, осматривая заново вылизанный длинный двухэтажный дом. Никаких следов недавнего разгрома, ни поломанной стены, ни развороченной крыши, ни даже осколка выбитых стёкол на тротуаре. Да тут, наверное, в четыре смены трудились сводные бригады узбеков и молдаван или же это были… джинны?
Меня обожгла страшная мысль – я, кажется, понимаю, почему нас позвали именно сюда и именно сегодня. Возница чёрной кареты негромко прокашлялся. Видимо, это был знак, и кони взяли с места в галоп, исчезнув через несколько секунд в клубах серой пыли.
Вот почему этого никто не видит, кроме нас, а?! Случайные прохожие шли себе по своим делам, совершенно не обращая ни на что внимания.
