Приплюсуйте сюда еще таблетки от изжоги и панкреатин, как следствие блюд на вынос, и вуаля — новой матовой палетки теней от Givenchy мне не видать.
Далее с обеда до вечера я пропадала в студии или модельном агентстве, затем прогуливалась с Егором, слушая увлекательные рассказы об Англии, приезжала домой и ужинала сама с собой.
Вроде как справлялась, абстрагировалась. Поймала свой Дзен.
Но вот это сообщение нехило так пошатнуло мою некрепкую стену душевного равновесия и самообладания.
— Агата, что-то случилось? — Егор касается моей руки.
Наверное, я слишком долго всматривалась в экран телефона, чем заставила парня обеспокоиться.
— Нет, все в порядке, — в очередной раз за этот вечер вру я, при этом мило улыбаясь.
Телефон снова издает сигнал о входящем, и я бросаю на него беглый взгляд:
Непроизвольно смотрю на ногти Егора: никакого маникюра, просто ухоженные, красивые мужские руки, и это поло очень даже хорошо на нем смотрится.
И вообще, какого, мать его, фига он оскорбляет Егора?
А откуда Игнатов знает, во что одет сейчас Егор?
Догадка обрушивается на меня неконтролируемым цунами, и я беспорядочно начинаю крутить головой по сторонам.
Он сидит прямо по центру ресторана, смотрит на меня и гаденько ухмыляется, а потом так и вовсе нагло подмигивает.
Перевожу взгляд на Егора, который, к счастью, ничего не замечает и с таким же азартом вещает об уникальных способностях японских гейш метать веера точно в цель. Вот, Агата, слушай и запоминай, может, когда-нибудь и тебе пригодится такая способность. Только не метание веера, а метание ножа, и раз на то пошло, то метание в одну конкретную цель — в физиономию бывшего мужа.
Хватаю телефон и с остервенением пишу:
Пытаюсь одним глазом смотреть на Егора и убедительно поддакивать, а вторым кошусь на Леона, который, получив мое сообщение, начинает громко смеяться.
Я сижу на довольно приличном расстоянии от них, но даже отсюда мне видно, с какой яростью раздуваются ноздри Агаты. Да ради такого зрелища я готов терпеть постоянно снующих туда-сюда официантов и посетителей ресторана.
Меня до чертиков раздражает сидеть здесь, посередине зала, у всех на виду, но найти свободный столик меньше, чем за сутки — та еще задачка, поэтому засовываю свою гордость в задний карман брюк и смиренно терплю.
Но зато здесь открывается отличный обзор на всех присутствующих.
А долговязый пряник — молодец, подсуетился и ухватил элитные места у витражных окон, удобные для комфортного уединения.
