Автор
Эмерелд охватывало волнующее чувство любопытства: голова была как живое создание, скользящее тело казалось фантастически реальным в этой водной оболочке. Плавательное устройство игриво колебалось вокруг нее, будто манипулировало самим собой, вызывая желание и смех.
Хотя женщина пыталась хранить стоическое молчание, боль оказалась слишком сильной, и она вскрикнула.
— Что такое? — спросил врач.
— Больно, — прошептала Эмерелд побелевшими губами.
— Разумеется, больно. Нога сломана, — резко ответил он. Слоун недолго занимался ногой, потом отпустил кухарку и сосредоточил внимание на объемистом животе, грозящем прорвать ночную рубашку. Помяв его и прощупав, он положил обе руки на живот, который все время менял форму. Его кустистые брови сошлись к переносице.
— Что-то не так? — забеспокоилась Эмерелд, со страхом следя за выражением лица Слоуна.
"Тот сложил ладонь трубочкой, приложил ее к раздутому животу и нагнул голову, чтобы послушать. Спустя минуту он выпрямился и голосом, ясно осуждающим ее за совершение двойного греха, произнес:
— Там не один ребенок. У вас двойня.
Глава 31
Монтегью мерил шагами гостиную в передней части дома, а Джек тяжело обмяк в кресле.
— Она рожает? — спросил Уильям таким тоном, словно ему не терпелось оставить позади этот унизительный момент.
— Нет, по моим подсчетам, ей осталась еще неделя. Может быть, больше, а может, и меньше.
Монтегью презрительно фыркнул, выражая свое отношение к ученому мнению доктора.
— Просто будьте здесь в этот момент, чтобы вы смогли убрать маленького ирландского ублюдка с Портмен-сквер!
— Я только что осмотрел ее, — сообщил ему Слоун не без злорадства. — На свет появится пара маленьких ирландских ублюдков.
Как только Слоун ушел, Монтегью сорвал свою злость на Джеке Реймонде:
— От тебя толку, как от козла молока.
Слова Уильяма достигли отупевших от алкоголя мозгов зятя. Он ошалело выпрямился в кресле, пока до него не дошел смысл сказанного.
— Вероятно, О'Тул прав. Ты не мужчина!
Джек вскочил на ноги, эти слова ужалили его, заставив перейти в нападение.
— Ты, старая свинья! Это твоя дочь повела себя, как шлюха, так же как и твоя жена была потаскухой до нее! Это ты предал старого графа, ты предал своего партнера, ты спланировал убийство Джозефа О'Тула, ты отправил Шона О'Тула в плавучую тюрьму с искалеченной рукой.
Уильям уже достиг того предела, когда ярость выходит из-под контроля. Он кинулся в библиотеку и стал рыться в ящиках письменного стола в поисках коробки с пистолетами. К чертовой матери всех.
