Следом за этим взрывом последовало еще несколько таких же, отчего бетонные стены стали покрываться трещинами и мы спустились на этаж ниже. А там, как оказалось, в шкафу лежала вазочка с конфетами! Ну всё, теперь можно продолжать оборону и не беспокоиться ни о чем.
— Что-ж, по нам начали палить магическими снарядами, — едва сдерживая панику, проговорил Игорь. — Всё? Теперь нам можно нервничать?
— Не, расслабьтесь, — отмахнулся я и закинул в рот конфету. — Магические снаряды еще ерунда. Пока по нам работают только пушки — это всё ерунда. Вот другое дело — если бы по нам начали палить из реактивной артиллерии!
В тот же миг над головой послышалось нарастающее шипение и свист, а спустя мгновение земля задрожала от сотен мощнейших взрывов. Вот и реактивная артиллерия подъехала, о чем я и говорил.
— Реактивная артиллерия? Вот теперь мы можем начинать нервничать, да? Или…
— ЗАТКНИСЬ! — прорычали хором остальные бойцы. — Просто захлопни варежку и молчи! А то он ведь снова ответит и всё сбудется!
— О-о-о! — заулыбался я. — Да вы начали понимать, как это работает! Поздравляю!
Хотя, на самом деле, пусть они и нервничали, но всё равно было понятно, что артиллерией нас не взять. Дело в том, что мы заняли самый прочный командирский блиндаж, который был укреплен даже лучше, чем все остальные, вместе взятые. Османы явно берегут своих офицеров… Ну, или османские офицеры, в первую очередь, берегут себя, раз получилась такая разница в прочности конструкций.
— Допустим, нам ракеты и снаряды не навредят, — задумался Игорь. — Это всё прекрасно и очень меня радует, честное слово, но… А что мы будем делать, если остальные укрепления будут разрушены, а завтра османы пойдут на штурм? Я уже не говорю о том, что нас всего семь человек, это и так очень грустно, но если у нас еще и укреплений не будет — это ли не повод для печали?
— Ой, вот об этом даже не задумывайся, — отмахнулся я. — Османы знаешь какие косые? Мне кажется, что они за ночь ни по одному укреплению не попадут, все снаряды в поле улетят, и всё. Так что не переживайте, лучше давайте чай пить!
Сразу согласилась только Катя, затем к чаепитию присоединилась Кобра и стала нахваливать османские конфеты. А ведь их по всем окопам Рембо собирал, очень старался. И самым сложным было отобрать эти конфеты у других бесов.
Вскоре Художник тоже присоединился к нам, Синий, и вовсе, уснул. А остальные расслабились только под утро, когда обстрел закончился и мы вышли на улицу, чтобы посмотреть на последствия. И каково же было удивление бойцов, когда они поняли, что османы, и правда, косые. Ведь действительно всё получилось, как я и говорил. Блиндажи целы, окопы даже не засыпало песком, потолки дотов не обвалились под градом снарядов.