Автор
Я никогда не обещаю идеальную вечеринку, но всегда бываю настоящим джентльменом. Вечеринка была последней каплей: я заливался краской от стыда, когда увидел всех соплей в своем костюме. Проблема лишь в том, что выбор между выглядеть как полный чмо или таковым — она всегда очевидна....
– Представляю, какими разбитыми мы будем на работе.
– У меня сегодня нет судебных заседаний. Так что я вообще не собирался на работу.
– А ты так можешь?
– Ну, формально я самозанятый, хотя обычно работники суда стараются избегать подобных определений, к тому же я не брал больничный… пожалуй, что никогда.
– Я еще раз прошу меня простить, – предпринял я очередную попытку извиниться перед ним.
– Не надо. Конечно, было бы лучше, если бы этого конфликта не произошло, но зато теперь я понял, что для меня есть кое-что поважнее работы.
Я понятия не имел, что ему на это ответить. В глубине души мне хотелось сказать ему, что нельзя ставить отношения выше карьеры, но поскольку речь шла об отношениях со мной, мой совет не выдержал бы никакой критики.
– Да, я, наверное, тоже притворюсь, что заболел.
– Я не стал бы маскировать серьезные жизненные неурядицы под несуществующую болезнь.
– Что? – Я наблюдал за мускулами на его спине, пока он мешал шоколад в кастрюльке, и не мог понять, означало ли все происходящее, что я начинал потихоньку наводить порядок в своей голове, или для меня это по-прежнему оставалось чем-то абсолютно недостижимым.
Он вернулся за стол с двумя кружками и аккуратно поставил их на маленькие подносы. Я обхватил свою руками, почувствовал ее тепло в своих ладонях, а над столом разлился пряный аромат шоколада и корицы.
– За этот день ты многое пережил, – сказал он.
– Да, но если я не буду преуменьшать свои проблемы, мне придется иметь дело с их реальными масштабами, а они ужасны.
– Я думаю, что лучше всего воспринимать вещи такими, какие они есть. Чем старательнее мы пытаемся скрыться от чего-то, тем больше власти над нами эти трудности имеют.
– Оливер, только не надо умничать. – Я смерил его долгим взглядом. – Это так несексуально.
С задумчивым видом он поднял кружку, качнул ее слегка, а затем поставил на место.
– И раз уж мы заговорили о…
– Несексуальности?
– О попытках скрыться от проблем.
– Ох.
– Еще в ванной ты сказал, что теперь наши отношения уже не кажутся тебе такими фиктивными, как были до сего момента?
– Это у тебя такой способ успокоить меня – использовать выражения, которые я наверняка попытаюсь высмеять?
Он посмотрел мне в глаза.
– Люсьен, ты действительно так думаешь?
– Да. – Что может быть хуже искренности, будь она неладна? – Я действительно так думаю.
