В жизни я была одна до глубины души. Только от компьютеров не хотелось убегать, а внуков просить было смешно. Но когда родила Идеал — то все изменилось. Он был правдоподобный клоун в детской сказке, и мне казалось, что это идеальный расчет наше счастье.
Похоже, «Идеальный расчет» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Чертить тушью я не хотела принципиально, но и у карандаша здесь был один серьезный минус – ластиков не существовало! Бумага нужного размера оказалась недешевой, и я в какой-то момент почувствовала стыд за то, что трачу деньги на дело, которое может и не выстрелить вовсе. Но ставка была хороша, а особенно сумма выигрыша.
– Кор, вы не ответите на один вопрос? – обратилась я к лавочнику, еще плохо понимая, что именно спросить.
– Да, кора, слушаю вас, - вполне доброжелательно ответил мужчина лет пятидесяти с большой залысиной. Его очки ремонтировались, наверное, сотню раз, а это значило: либо бизнес его идет не очень гладко, либо он слишком привязывался к вещам.
– У вас покупают бумагу и другие принадлежности для чертежей? Может быть, мне потребуется что-то еще? – скромно спросила я, чуть подняв на него глаза. Такое поведение я заметила среди других женщин – никто не смотрел на собеседника прямо. Решила копировать их, чтобы не слишком выделяться и притягивать к себе ненужное внимание.
– Да, но обычно за этим не присылают… - он не знал, как меня назвать. На служанку я мало походила, а раз в трауре, значит, и мужа у меня быть не может. Я решила не помогать ему и не придумывать варианты. Пусть выкручивается сам. – Женщин, - закончил он.
– Меня попросили приобрести все для чертежа. Я не могла отказать в помощи, - сказала я и чуть улыбнулась.
– У нас есть линейки большего размера. Как правило, чертежи делаются на четырех таких листах, какие приобрели вы, скорее всего, планируя использовать один. Кора, судя по тому, как вы выбирали между тушью и карандашами, вы и сами что-то понимаете в этом деле, либо очень внимательны к тому, кто это делает, - он посмотрел на меня поверх очков и моментально стал похож на Розенбаума. Я не смогла сдержать улыбки.
– Вы проницательны, кор…
– Гурнер, кора. Меня зовут Гурнер, - перебил он меня.
– Очень приятно. Я Полианна, и вы верно заметили, я много видела подобной работы.
– Но не вспомнили о том, что может пригодиться специальный нож, - он присел за высоким прилавком, и через секунду вынырнул с ножом, похожим на опасную бритву.
– Да, не знала.
– Оно необходимо для того, чтобы соскрести с бумаги неточности. Главное – не злоупотреблять им, а пробные линии наносить чуть заметными. Когда чертеж будет готов, вы просто повторяете ваши линии более заметно, - закончил он, и я поняла, что он все прекрасно понял, и больше нет смысла притворяться.
– Мой отец делал чертежи, я помогала ему.
