Документы он нашел не скоро, потому что бардак в коробе был страшный, и кроме листов бумаги оттуда вынимались засохшие корки хлеба, какие-то веревки, и все это было щедро засыпано опилками. Я почувствовала, как на меня накатило раздражение от бардака. С трудом справляясь с тем, что окружало меня здесь во всех домах, где мне пришлось жить, ящик был последней каплей.
– Поехали, вот все у меня и нашлось, - крякнул он и с трудом поднялся в коляску. – Отчего не спрашиваешь сколько я попрошу за мастерскую?
– Оттого, что больше трехсот ланмарок тебе никто за него и не даст, - ответила я и отвернулась – смотреть на него было крайне неприятно. А вот ему, видимо, очень нравилось, и липкий взгляд его не отрываясь скользил по мне всю дорогу. Благо, она заняла не больше получаса.
Он не спорил о цене, хотя я думала, что он хоть пару купюр, но заставит меня положить сверху. Я высадила его у местного нотариуса, которого все называли законником, намекнула, что пока он может начать оформлять продажу, и поехала домой.
Отмахнувшись от Дэйзи я пробежала в комнату, отсчитала пять сотен, причем, сотню отложила отдельно. Вероятнее всего, именно я стану рассчитываться за оформление бумаг. Выбежала и снова бухнулась в коляску.
Через час я стала владелицей мастерской, а кор Линий – именно так звали бывшего хозяина, получил деньги и был этому очень рад. Потому что, как он считал, мастерскую по дореву в этом городе, а тем более рядом с сильным конкурентом держать крайне невыгодно. От нотариуса я шла пешком и улыбалась успешной покупке. Мне было на руку близкое соседство с лучшей в городе мастерской – его клиентам не придется далеко ходить.
Глава 20
Дэйзи слушала рассказ о моей покупке, широко раскрыв глаза. Для нее было невиданной глупостью все это мероприятие, потому что на все деньги можно было прикупить небольшой, но солидный дом. Она, хоть и не глупа была, но мысли о том, на что его содержать и на что жить потом в этом доме, у нее не было вовсе, хотя, на своем примере могла бы и прикинуть.
Дэйзи жила на скромные накопления и сдачу комнат. Ее жильцами были молодые люди, учившиеся в городе, где, в отличие от Ландека, было множество учебных заведений и мастерских. Раньше я считала, что Ландек – один в своем роде, и всю остальную территорию королевства занимают небольшие городишки и поселки, типа того, из которого я якобы была родом."
"Мэри ластилась ко мне: не сходила с колен, обнимала и то и дело прижималась щекой к моей щеке.
– Милая, хочешь завтра поехать со мной? Я покажу тебе мастерскую, где у нас будет много работы, - предложила я ей.
– Прямо как у папы? – она выкрикнула и моментально замолчала, поняв, что про отца и речи быть не может.