Внутри моей спальни!
– Что-о? Что ты здесь делаешь, - я зажгла лампу, поставила стеклянную колбу на нее и, из последних сил стараясь не закричать, присела на кровать, сгребла в объятья дочку, которая смотрела на него раскрытыми от страха глазами и готова была уже завизжать. – Рони, как ты вошел? – я задавала вопросы, а сама пыталась рассмотреть, что у него в руках, бешено обдумывая, зачем он мог прийти вот так, тайком.
– Мамочка, зачем он здесь? – Мэри дышала часто и прижималась ко мне все теснее и теснее.
– Полка, собирайся, мы должны ехать в мастерскую. Срочно! – он говорил шепотом, но тон его голоса давал мне понять, что случилось что-то очень плохое. Он мало походил на того парнишку, что работал в мастерской. Он был собран, уверен и холоден, как профессионал. Только вот, в чем? В чем? Думать о плохом не хотелось, но и хорошего в голову не приходило.
– Пожар? Явился отец Артура? Что? – я еле сдерживалась, чтобы не закричать на него. Не хватало разбудить Дэйзи, но, возможно, это и нужно было сделать, чтобы его спугнуть. Только вот, если он собрался нам навредить, то и ей тоже придется получить незапланированные проблемы, а иначе, более точно, я это назвать боялась.
– Нет, все в порядке, но вам нужно прямо сейчас ехать со мной, - он говорил, как взрослый, уверенный в себе мужчина.
– В порядке? В порядке люди приходят в гости днем. Стучатся в дверь, снимают обувь, и не пробираются в спальню как воришки, - я раскидывала вещи, выбирая нужные, но не выпускала из поля зрения Мэри ни на минуту. – Ничего, доченька, Рони еще плохо знает этикет, правила приличия, но мы его обязательно этому научим, - я говорила, скорее, сама с собой, пыталась даже улыбаться, ведь улыбка совершенно меняет тон голоса.
Решила не спорить, и принялась натягивать платье прямо поверх ночной рубашки, не смогла найти чулки и бросила это занятие. Накинула новый кардиган и присела к испуганной Мэри. Он назвал меня не «корой», как всегда, он назвал меня «Полкой». Такого они себе не позволяли. Либо он знал Полку, либо же все в этой странной «детской» организации в курсе, кто я. И сейчас какая-то непредвиденная ситуация, где он стал самим собой. Вот и все.
– Милая, я скоро, а ты не бойся. Мальчики - наши друзья. Никто меня не обидит, а тебя – тем более. Прошу, не выходи из комнаты, попробуй еще поспать. А когда я вернусь, все расскажу тебе, - я говорила с ней, как со взрослой, и она, похоже, поняла меня и только качала головой, соглашаясь.
Рони вышел, я поцеловала девочку в лоб, прошептала, что люблю ее и вышла за ним. Тревога нарастала, и самое страшное было – непонимание того, что происходит. Он двигался по лестнице так, словно совсем ничего не весил. Подо мной она тут и там скрипела, а он, будто за один проход вычислил каждую доску и наступал туда, где можно.