Понедельник, 9 апреля — день рождения Джейми прошел уже один час. В мгновение, когда прекращается эффект наркотика, боль возвращается с новой силой. Я осознаю сразу четыре ключевых факта: я лежу в больнице; меня ударили ножом; но я всё еще жив; и Джейми куда-то пропал. Минут пять сердце бьется так громко, что все тело трепещет. В эти пять минут мне кажется, что весь мир остановился....
Я не рассказывала про неё? Из-за неё Марк полетел не тем рейсом.
Э.С. А почему, как вы думаете, Ричард боялся постучать? Он преследовал семьи всех погибших?
Т.К. Я тоже об этом думала. Он сказал, что ему со мной говорить было труднее всего.
Э.С. Почему?
Т.К. Не знаю. Думаю, он просто на меня посмотрел и понял, какая я стала развалина.
Глава 54
Воскресенье, 7 апреля – до дня рождения Джейми 1 деньНа главной улице в Ипсвиче многолюдно, слишком. Тут и покупатели, и подростки, и влюблённые парочки, дети, родители, коляски – всё смешалось.
Проходим мимо музыканта – девушка-подросток с гитарой и пирсингом в носу. Волосы в дредах с синими и розовыми прядями. Наверное, сейчас даст какой-то гранж, думаю я, но нет, она поёт что-то из репертуара Робби Уильямса, и при этом негромким, ангельским голоском.
Джейми замедляет шаг, замирает, очарованный девушкой.
Останавливаюсь и я. Её голос наполняет не просто мои уши, а всё моё тело. Она будто впрыскивает в нас слова, свои мысли.
Рукой я легонько толкаю Джейми в спину, чтобы мы не отставали от Шелли, которая ушла на два шага вперёд.
Доходим до здания мэрии из охрового кирпича, возвышающегося горделиво над магазинами со скидками. При резком звуке я вздрагиваю и оборачиваюсь – просто мужчина продаёт за прилавком сухофрукты и призывает покупателей.
В сквере при мэрии на спинке скамейки расселась группка подростков постарше, расставив ноги там, где люди обычно садятся. У одного короткие волосы ершом, на шее татуировка – старомодный пистолет, вроде тех, что были в ходу на Диком Западе. В подробностях разглядываю рисунок, и меня чуть ли не подкашивает чистый, беспримесный ужас."
"Взять бы Джейми домой, пока этот парень не достал настоящий пистолет и нас не пристрелил, пока сюда, в сквер, не въехала и не смела нас машина, пока стена ТЦ не обвалилась прямо на нас.
Шелли будто чувствует, как мне неуютно, и, поравнявшись со мной, стискивает мне ладонь. Пора мне взять себя в руки. Что за паранойя, что за дрожь? Это Ипсвич, центральная улица, а не театр боевых действий. Но мне всё так же не по себе, будто на мне шерстяной свитер, который постоянно колется.
