Понедельник, 9 апреля — день рождения Джейми прошел уже один час. В мгновение, когда прекращается эффект наркотика, боль возвращается с новой силой. Я осознаю сразу четыре ключевых факта: я лежу в больнице; меня ударили ножом; но я всё еще жив; и Джейми куда-то пропал. Минут пять сердце бьется так громко, что все тело трепещет. В эти пять минут мне кажется, что весь мир остановился....
Видно, как на столешнице у плиты горят три огромные свечи – я их покупала прошлой зимой, когда электричество отключили. Шелли, наверное, достала их из ящика. Но внимание привлекает не медленный танец огней, а угол дома, открытая боковая дверь.
– Вы должны понимать, что так просто дела не делаются. И я ничего не обещаю, – указывает кому-то Шелли таким напряжённым голосом, какого я ещё от неё не слышала. Телом она заслонила проход, прямо как охранник в ночном клубе, поэтому разглядеть её собеседника не получается.
– Я обещаний и не требую, – парирует мужчина.
Я узнаю его мгновенно. Йен.
Он вздыхает, и мне представляется, как он щиплет себя за переносицу.
– Я только вас прошу вот это передать Тесс. Давайте, может, я зайду…
– Вы в своём уме? Я вам что сейчас столько времени объясняла? Уходите, сейчас же.
– Хорошо, ухожу. Только передайте, пожалуйста.
– Ради бога.
Шелли с силой захлопывает дверь. Поворачивает ключ, язычок с глухим стуком входит в паз, и только тогда я снова могу вдохнуть.
Как тёплая волна, меня накрывает с головой прилив благодарности. Только и хочется, что обнять Шелли. Она меня сегодня как только не спасла. И Джейми тоже. И Йену не уступила. Знала, что мне этим вечером его не вынести, защитила меня, прямо как львица своего львёнка.
Шелли поворачивается, отходит от двери и вздрагивает, видя меня на пороге кухни.
– Тесс, – судорожно вздохнув, едва выговаривает она, поднося руку в груди, – ну ты меня и напугала.
– Не особо.
– Познакомилась с братом твоего мужа. – Она проводит рукой по волосам и улыбается. – Неприятный тип.
– Прости."
"– Ты не виновата. – На лице Шелли появляется гримаса. Она подходит к плите, приподнимает крышку, и из сковородки идёт пар. Аромат курицы с пряностями отозвался жалобными нотками в желудке: я ничего не ела со вчерашней пасты. – Ты не обидишься, надеюсь, но моё здесь присутствие его не обрадовало. Прости, что тебе пришлось услышать наш разговор.
– Мое присутствие в этом доме его тоже не радует. Это дом его матери, он здесь вырос. Мы с Марком выкупили часть Йена после её смерти. Йен тогда ничего не сказал, но мне кажется, он был недоволен. До сих пор здесь распоряжается, будто хозяин.
– Да, похоже на то.
– Он тебя, надеюсь, не достал своим напором? Со мной он просто всегда такой.
– Ничего, я привыкла уже к упёртым ослам с манией контроля. Всё ж таки за одного такого вышла.
