В темных коридорах Лондона проходит очередной вечер турнира бокса. Богдан - опытный боец, с каждым бойком стремясь подняться выше, но всегда опасаясь быть отброшенным вниз молодыми, клоунами-старожилами. Каждый новый день может стать последним для него на высоте.
Сил бороться и куда-то бежать не было и ей приходилось принимать мою заботу. Спать я опять лег рядом с ней. Она, конечно, пыталась отгородиться от меня, но я насильно притянул ее к себе, уткнулся в волосы и усмехнулся, когда девочка расслабилась в моих руках.
Посреди ночи меня разбудил ее крик.
Алиса мечется на кровати и плачет во сне так жалобно и надрывно, повторяя «прости меня, моя девочка». Меня самого охватывает паника, сердце надрывается и кидает в холодный пот. Хватаю девочку, прижимаю к себе, пытаясь разбудить.
— Алиса, девочка моя, проснись! — зачем-то кричу, обхватывая ее лицо, и целую заплаканные глазки. Она, наконец, приходит в себя, хлопает ресницами, фокусируя взгляд на мне, а слезы все равно текут по щекам без остановки. — Что тебе снилось?
— Девочка, — всхлипывает она, закрывая лицо руками, начиная рыдать в голос, а мне хочется разбить себе голову об стену, но, к сожалению, Алисе это не поможет.
Эта боль и чувство вины засели в ней глубокой травмой.
ГЛАВА 22
Богдан
Целую ее заплаканные глаза, припухшие губы, щеки, скулы и не могу остановиться, хочется впитать девочку в себя, поглотить, стать с ней одним целым, забрать всю боль себе — мне не привыкать, я умею переносить боль.
— Тихо, маленькая, отдай все мне… — шепчу ей в губы, подхватывая под поясницу, прижимая к себе.
Мои руки живут собственной жизнью, они гладят и сжимают ее тело через тонкую футболку.
— Знала бы, что ты делаешь со мной… — хрипло говорю в губы и устраиваюсь между ее стройных ножек.
"Алиса утыкается мне в шею и дышит… дышит, крепко сжимая. А во мне все переворачивается от переизбытка чувств, швыряет то в жар, то в холод. Хватаю футболку и тяну ее вверх, снимая с девочки, чтобы сойти с ума от вида небольшой груди в свете светильника, от торчащих сосков и частого дыхания. Она гладит меня по спине и плечам, похоже, сама, не понимая, что делает, а мне кричать хочется от ее взаимности.
