От тебя лишь одни неприятности!
Насмешливо изогнув губы от такой милой сцены, Мике недоуменно покачала головой.
Уму непостижимо. Ее, саму Микелину Горнели, только что осмелилась оскорбить какая-то заурядная секретарша! Боже, и куда катится этот мир?
– Неприятности? От меня? – Мгновенно достав из рукава припрятанный козырь, язвительно переспросила зеленоглазая девушка. – Кажется, последней такой неприятностью было изрезанное на кусочки платье на моей собственной постели. Интересно, кто бы мог это сделать?
Каменное лицо Луи на мгновение дало трещину. Не ожидая такого накала страстей между двумя вполне воспитанными женщинами, он не на шутку опасался за телесное здоровье каждой их них.
– Замолчи! – Ощетинилась Анна Мария, вновь безрезультатно попытавшись вырваться вперед.
Микелина надменно вздернула бровь.
– Отчего же? Не желаешь, чтобы любимый босс напоследок приписал в твою идеальную характеристику пару довольно шокирующих строчек?
– Клянусь, если ты ещё хоть раз…
– Хватит! – Резко рявкнул хозяин особняка, заставляя всех присутствующих посмотреть в свою сторону. – С меня довольно этого цирка! Синьорина Риччи, что именно произошло с вашим платьем?
Заметив на себе пронзительный взгляд темно-карих глаз, Микелина болезненно сглотнула.
Ещё с детства ей всегда претило бегать к отцу со своими жалобами. Свои проблемы она привыкла решать сама. Однако, не желая перечить Рикардо в таком состоянии, темноволосая девушка невольно призналась:
– Пока меня не было, Анна Мария тайком пробралась в мою спальню и изрезала выбранное вами платье для ресторана.
– Лжешь! – Сузив глаза, выплюнула озлобленная белокурая женщина. – У тебя нет доказательств. Если бы это было правдой, ты бы уже давно все рассказала.
– Я сказал: хватит! – Вновь повысив голос, темноволосый брюнет смерил Анну Марию своим испепеляющим взглядом.
Заставив ее покорно замолчать, он вновь посмотрел на Микелину.
Черт возьми, если бы она только сказала ему о платье вовремя, всего этого можно было бы избежать. Он бы немедленно приструнил Анну Марию, не позволив ей оповестить целую свору пронырливых репортеров об их совместном ужине.
– Действительно, синьорина Риччи, почему вы говорите мне это только сейчас? – Устав от этого балагана, раздраженно спросил мужчина. – Неужели, после всего времени проведенного здесь, вы так и не поняли, как именно исполняют обязанности мои подчиненные? Умалчивание от своего хозяина подобных фактов совсем не входит в перечень их мастерства.
Это было последней каплей.
Задетая таким обвинительным тоном, Микелина гордо вздернула подбородок, смело посмотрев в лицо стоящего перед ней диктатора.
Она не собирается терять свое достоинство, падая ниц перед ним и уверяя его в своей собственной правде.