Четверка здоровенных синекожих орков подняла вождя на щитах. Агатош проревел команду, и издалека отозвались жуткие звуки рогов. Бойцы Шестнадцатой Орды шли прямо из радужного Портаала, лязгая латами, а стрелки тащили арбалеты и баллисты.
— Где, кстати, этот самый Кот? Давно его не видел. Панды теребят уже.
— Застрял в реале на праздники. Какие-то проблемы у него. Говорит, скоро будет.
* * *Семья благоверной — отец, мать и семнадцатилетний брат-оболтус жили в пригороде, в зеленом частном секторе. Моя Алена — офицерская дочка, ее родители вышли на пенсию сразу после окончания конфликта в Забайкалье. Насколько я помнил — это было пятнадцать лет назад, тогда резко сократили численность армии РК, воевать больше было не с кем. Щедрые отступные позволили предкам Алены обзавестись «американским» двухэтажным домом с гаражом и садом, а военная пенсия — вести безбедную жизнь.
Общение наше протекало с небольшим напрягом, я предпочитал свести его к минимуму. Родители хотели Алене другую партию, я не подходил под их критерии. И хотя за два года нашей совместной жизни они вроде бы смирились с выбором дочери, что-то такое все равно проскальзывало. Короче, своим я не стал, да и не пытался особо, честно говоря.
Встретили нас, как это заведено, накрытым столом и сразу начали потчевать блюдами русской и татарской кухни, под сорокоградусную и коньяк.
— Олежа, попробуй вот этого…
— Теть Люб, я же лопну, — попробовал я было протестовать, но мама Алена решительно пресекла все поползновения:
— Не лопнешь! Алена, почему мужа совсем не кормишь? Вон он у тебя какой худенький!
Ничего себе худенький. Да я за последние три месяца семь кило прибавил с этой Сферой. Забросил спортзал, куда раньше ходили по утрам с женой — после ночных баталий нужно было отсыпаться.
— Мам, у тебя все худенькие! — справедливо заметила Алена.
— Корм-то, видать, не в коня! — хмыкнул в усы Виктор Сергеевич.
Папаша моей благоверной — бывший офицер-армеец, суровый вояка. Из тех, кто не хватают с неба звезд, и на пенсию выходят, получив чин майора. Они конечно, соль земли и становая кость наших вооруженных сил, но, черт побери, как же трудно порой с ними общаться простому гражданскому человеку.
"Его солдатская резкость и желание гнуть все под себя благополучно перешли вместе со своим хозяином на гражданку. Немного пообщавшись с ним, я начал понимать, почему Аленка сбежала ко мне под венец почти не думая. Я бы тоже на ее месте сбежал.
