Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
– Я хочу понять, почему вы не можете использовать в вашем фильме обыкновенного мальчика восьми лет. Они замечательно работают перед камерой, у вас не будет проблем, тем более вы, как я понял, делаете короткометражку. Предложите любому школьнику – да он будет счастлив сняться бесплатно. А вы готовы заплатить мне довольно солидную сумму. Не буду скрывать, деньги мне нужны, но я хотел бы точно знать, за что я их получаю.
– Я объясню, – мягко сказал Котик, ласково глядя на Влада. – Мне не нужен обыкновенный школьник, мне нужен актер, настоящий большой актер, который сможет сыграть такое чувство, которое дано пережить лишь единицам.
"«Класс! – восхитился про себя Семен. – И откуда только слова берутся? Я бы так не сумел. Я бы, наверное, уговаривал его, соблазнял деньгами, которых хватит как минимум на год, если не увеличивать дозу.
Они отвезли Влада на квартиру, где еще вчера вечером складывала чемодан девушка, не прошедшая «конкурс» и отправленная домой с заверениями, что ее данные будут представляться каждому респектабельному заказчику и счастье ей улыбнется уже совсем скоро, ну просто-таки в следующем месяце.
– Располагайтесь, – приветливо открыл дверь Котик, – отдыхайте.
– Вполне. А деньги когда? А то я тут с голоду помру.
– Питание за счет фирмы. Вы посмотрите на кухне, в холодильнике, – там много разных продуктов. И еще хочу вас предупредить. На те три дня, что вы здесь, ваша доза – это наша забота.
