Автор
На пыльном стекле ярко блестящего зеркала она увидела участкового — его решительный силуэт в серой фуражке на фоне грязной улицы. Старик бежал, как подгоняет его смерть, пригнувшись под дождем, распугивая несчастных кур и медленно двигавшихся уток. Его голос разрывал ветер из телефонного аппарата перед порогом почты, требуя помощи на всё ближайшее решение....
— И, тем не менее, майор, будем ждать, — Галиев повернулся к присутствующим и укоризненно посмотрел на начальника НКВД:"
"— Вы, товарищ Гудков, — кадровый офицер и должны лучше моего знать, что бывает с теми, кто не выполняет приказы. — Галиев, высоченного роста татарин, стриженный налысо, застегнул новенький китель с двумя генеральскими золотыми ромбами в петлицах. — Тем более, я считаю, Москве видней, когда и каким способом отправлять груз. Видимо, на этот счёт имеются определённые оперативные соображения, о которых нам с вами знать необязательно.
…Ещё три дня назад он был сугубо штатским человеком. Однако начальство в Москве, вероятно, вспомнило его боевое прошлое. В молодости Рашид несколько лет отчаянно дрался с басмачами в песках Туркестана. О его кавалерийском эскадроне ходили легенды, но сейчас о лихом красном командире напоминал только потемневший орден Боевого Красного Знамени на груди.
— Но связи с Москвой пока нет.
— Товарищ Гудков, я повторяться не буду, всем ждать. И, кстати, дайте команду, пусть ещё раз проверят грузовики.
— Механики уже занимаются.
— Хорошо. Сопроводительные документы и опись у кого?
— Один экземпляр у меня, второй — у старшего инкассатора.
Телефон на столе, усыпанном битым стеклом, зазвонил так неожиданно, что все присутствующие невольно вздрогнули.
— Слушаю, товарищ шестой, «Березина» на связи, — начальник ювелирторга поднял трубку, — так точно, всё готово к отправке. Немцы от нас в двух кварталах. Проскочат, уверен. Понял. Разрешите приступить к выполнению задания? Есть.
Рашид положил трубку на рычаг аппарата и кивнул Гудкову:
— Можете выдвигаться. Помните о неукоснительном выполнении всех без исключения инструкций. Колонну поведёте по Старой Смоленской дороге, на шоссе Минск-Москва ни при каких обстоятельствах не соваться, оно перерезано немецкими танками в районе Ярцево, — Рашид Галиевич внимательно посмотрел на Гудкова.
