В темном зеркале отражались тени посетителей и скептических взглядов на происходящее — казалось, они тоже влюбились в загадочную комнату. Здесь каждое движение играло ключевой роль, а сила притяжения была столь велика, что даже призраки предпочитали общение через отражения....
Одно непонятно: при чем тут денежные вопросы, о которых толковали мои карты, и что искали в моем доме? Неужели Флавий, предчувствуя опасность, умудрился спрятать нечто важное у меня?
— Понятно, — медленно протянул Седрик.
Его глаза горели возбуждением, словно у охотничьего пса, почуявшего след. Ну да, ничего не скажешь: такое расследование вполне может вознести его на самый верх карьеры, возможно, даже послужит основанием для того, чтобы присудить ему право на дворянство.
— И что вы теперь намерены делать? — с нескрываемым волнением осведомился призрак.
Он не успел договорить. Седрик резко прищелкнул пальцами — и почти догоревшие свечи, взявшие защитный круг в треугольник, ослепительно вспыхнули, чтобы через мгновение потухнуть. А неведомая неумолимая сила подхватила меня и кинула во мглу, вновь сгустившуюся в раме зеркала. Кожу обожгла сильная боль, перед глазами поплыли радужные круги, и я в очередной раз отключилась.
* * *Мне было очень тепло и спокойно.
«Ничего себе сон мне приснился! — лениво восхитилась я, продолжая нежиться в полудреме. — Такой реальный и подробный. Но хорошо, что он уже закончился».
— Как ты?
От знакомого голоса приятное разнеженное состояние дремы моментально слетело с меня. Я распахнула глаза и уставилась на обеспокоенного Седрика, который как раз склонился надо мной. Быстро огляделась по сторонам и обреченно убедилась, что по-прежнему нахожусь в своем кабинете, а именно — лежу на диване для гостей, после чего тихо застонала, осознав, что все эти приключения на самом деле произошли со мной.
— У тебя… хмм… у вас что-нибудь болит? — вовремя поправил себя Седрик, вспомнив о правилах приличия и продолжая смотреть на меня с все возрастающей обеспокоенностью. Видимо, его немало растревожил мой приглушенный стон.
— Душа у меня болит! — выдохнула я. Выдернула из-под головы подушку и с такой злостью замахнулась на следователя, что тот даже отпрыгнул в сторону от неожиданности.
И подушка полетела в сторону Седрика.
Тот машинально отбил ее, но я поспешно вооружилась следующей и вновь замахнулась, всерьез намереваясь хорошенько поколотить следователя по особо важным делам.
