Раньше они высовывались из своих нор только ночью и похищали лишь пьянчуг да бездомных, которым не посчастливилось попасться им на глаза. Тогда было время на то, чтоб методично запечатывать проходы под землю, постепенно лишая этих говнюков пространства для манёвра. Но теперь нападения происходят каждый день. Сотни убитых. Ещё больше раненых, которых всё равно приходится добивать, ведь лекарства от этой заразы до сих пор нет. Это нужно остановить. Одним мощным целенаправленным ударом выжечь логово паразитов и прекратить этот кошмар. Да, многие погибнут. Но любой солдат ордена поклялся служить не только богам, но и людям, оберегая их от ужасов, порождаемых магией. Они готовы на эту жертву. Вот только, чтоб она не была напрасной, нам нужны сведения. Любые. Так что и ваш доклад тоже лишним не будет.
— Ладно, — не стал спорить я, — Пусть тогда ждёт нас завтра утром.
— Рад слышать, — кивнул Дитрих, — В таком случае увидимся у коменданта. А теперь извини, но меня ждёт служба.
Рыцарь повернулся к гонцу и принялся о чём-то тихо его расспрашивать. Я слушать не стал. Махнул рукой своим парням и мы медленно двинулись вниз по главной улице. Обратно, к площади трёх божеств. Первое время в воздухе висела глухая, тяжелая тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра в печных трубах, да тихим бряцаньем доспехов нескольких стражников, прогуливавшихся по проспекту. Люди уже разошлись по своим домам и заперли двери на засовы, и теперь потихоньку закрывали ставни, готовясь к ночи, которая для кого-то из них могла стать последней. Город был объят страхом. Маги об этом позаботились.
Увидев нас стражники замерли на секунду. Затем их командир что-то тихо сказал своим людям, вытащил из ножен меч и направился к нам. Второй стражник расстегнул ремень арбалета, снял с пояса козью ножку (крюк для натягивания тетивы) и принялся неторопливо, но со значением, взводить своё оружие. Последний из тройки поудобнее перехватил свой протазан (копьё с широким листовидным наконечником), и поспешил за своим командиром.
— Именем закона, что здесь происходит! — командир патруля старался говорить грозно, но в его голосе то и дело проскакивали усталые и испуганные нотки. Солдатам вышедшим в ночную стражу было явно не по себе.
— Ничего серьёзного, гражданин-начальник, — я не смог удержаться от язвительного подкола, — Вот друг перепил. Несём его теперь отдыхать. Негоже, понимаешь на улице оставлять то — у него и так тяжелая побудочка будет.
— Перепил? Ты, сука, серьёзно? Значит так, кладите это… тело, отстёгивайте оружие и бросайте на землю! Ну, живо! — в голосе командира патруля зазвучал металл. Похоже, яйца у него были. Вот только мозги отсутствовали напрочь. Что, впрочем, неудивительно.