В мрачных подземельях Айлин и её товарищи пытаются выжить, несмотря на бесконечные опасности. Ночь гулкими шепотами разносится по темным коридорам, а рой мыслей в голове героев с каждым днём становится всё более мучительным и трудноуловимым.
Как думаешь, он будет визжать или орать, когда мы к его стебельку поднесём раскалённое лезвие? Хотя, может, для начала просто яйца пришпарим?
— Заткнулись оба, пока я вам яйца не пришпарил! — третий голос раздался откуда-то спереди. Из-за мешанины ярко-оранжевых клякс, плясавших перед глазами, у меня так и не получилось рассмотреть, того, кому он принадлежал. Послышались шаги. Чьи-то цепкие пальцы схватили меня за подбородок. Дёрнули голову вверх. Лица рассмотреть не получилось. Лишь расплывчатый тёмный силуэт лысой головы, загораживающий от меня свет факела.
— Значит так, парень, — проговорил третий голос. В нём чувствовались уверенность, спокойствие и равнодушие, — У тебя есть ровно два варианта. Либо ты прямо сейчас выкладывашь нам, где прячутся твои дружки, и я дарую тебе быструю и лёгкую смерть. Или Ворт и Морт с тобой сейчас немного поиграют. Правда, боюсь, тебе это не очень понравится.
"— Каким хером я могу знать где они? — слова давались мне тяжело. Запёшкаяся на губах корка лопалась и вновь начинала сочиться сукровицей, — Если валяюсь в ваших застенках.
— Неверный ответ, — покачал головой человек, — Ворт, один удар, будь так добр.
— Всего один? — разочарованный голос палача донёсся откуда то сзади, — Да мы так неделю с ним возится будем, прежде чем что-нибудь выбьем. Давайте я ему лучше пятки прижгу. Вот тогда запоёт соловьём.
— Заткнись и выполняй, — оборвал его третий, — В прошлый раз я послушал твоего совета и засранец помер от боли прямо на пыточном столе, так ничего и не рассказав.
Послышался разочарованный вздох. Несколько мгновений тишины. Тяжелый гудящий свист, вспарывающий воздух. Обжигающая вспышка боли, растянувшаяся попереёк спины, заставившая меня вскрикнуть. Кожа от удара лопнула. Между лопаток потекло что-то липкое.
— Я повторяю вопрос. Где они? — голос говорившего понемногу тонул в волне боли, расползавшейся по всему телу.
— Я не… — в этот раз договорить я уже не успел. Послышался тяжелый свист. По телу прокатилась новая волна боли, отдавшаяся острой резью в отбитых почках. В голове зашумело. Мир перед глазами начал плыть и темнеть.
