В мрачных подземельях Айлин и её товарищи пытаются выжить, несмотря на бесконечные опасности. Ночь гулкими шепотами разносится по темным коридорам, а рой мыслей в голове героев с каждым днём становится всё более мучительным и трудноуловимым.
Угловатый, рубленый текст на неизвестном языке ничем не напоминал ту странную, витиеватую вязь, что была в магических книгах, — Это не похоже на язык Эйденвальда. Да и на символы из наших трактатов тоже.
— Кажется, Вернон что-то упоминал о давно погибшей цивилизации, — добавила девушка, — Мол, девять башен стоят на её костях. Может быть, язык принадлежит давно мёртвому народу? Который и проложил эти тоннели? Интересно, это единственный такой лабиринт в Эйденвальде? И, как далеко на самом деле он тянется?
— Сложно сказать, — пожал плечами я, поднимаясь на ноги и снова беря девушку за руку, — Меня сейчас волнует другой вопрос.
— Ну, — неуверенно сказала она, — Если верить карте храмовников, мы вышли на перекрёсток. Это уже что-то. Куда теперь? Может, назад? Если та стена была миражом…
— Нет, — я покачал головой, пристально всматриваясь в очередной расплывчатый силуэт, бродивший на границе света и тени, — Опять упрёмся в стену и потеряем время. Кроме того… — я на мгновение прикрыл глаза.
— Генри, — кто-то потряс меня за плечо. Я открыл глаза, но тут же зажмурился. Тёплый оранжевый свет больно по ним резанул, — Генри, ты в порядке?
— Да, — кивнул я, прикрывая глаза ладонью, — А что…
— Случилось? — встревоженный голос девушки послышался совсем рядом, — Ты на минуту замер.
— Какую? — я убрал руку от лица и попытался проморгаться. На глаза наворачивались слёзы. Да ещё затёкшие ноги неприятно покалывало. Зараза. Похоже, я и впрямь довольно долго так стоял.
— Бессвязную, — слегка раздражённо ответила девушка, — Ты бредил. Тьма. Тысячи глаз повсюду. Незримая длань, что правит всеми.
