Автор
В убийственной интриге "Игры Саида" Ника оказывается в ловушке холодного диктата Саида, ставя ее жизнь на карту. Как бы она ни сопротивлялась, он не оставит безнаказанным — айсберги его тьмы окружают её, заставляя задыхаться в ледяном море его контроля.
Я с этим не спешу, сначала надо, чтобы девчонка со мной осталась. Потом можно и штамп в паспорте. Херня это, ничего не решает.
Что девчонка убежать может, что жена.
Вопрос только в желании.
– Никакой свадьбы, Хаджиев, - произносит твердо, подбородок вздергивает. – Пока в шахматы не выиграешь, то никакого брака.
– Если Адам будет мешаться, то игра будет долгой. С животом под венец пойдёшь. Нам ещё заново…
– А не нужно заново!
Подбирается, улыбается довольно. Сама из машины выскакивает, к дому несётся.
"Раздеваюсь в прихожей, обувь стаскиваю, когда Ника обратно вылетает. С удивительной грацией, пусть длинное платье и мешает.
– Вот, - протягивает мой блокнот, а после к груди прижимает. – Я вспомнила.
– Что вспомнила, пташка?
– Я ведь все ходы записывала, помнишь? И твои тоже, раз ты не делал такого. Так что мы расставим всё и можем продолжать.
Можем.
Продолжать.
Настолько выиграть хочешь, пташка?
Горечь проглатываю.
Мерзкое ощущение.
Как бы не удерживал, а она рвётся подальше.
Блядь.
Хрен с ней.
Хочет для галочки выиграть? Будет ей. Намеренно проиграю, даже стараться не буду. Пусть забирает моего короля, а я заберу её. Ни слова не скажу, когда потом Ника не захочет уходить.
Надеюсь на это.
– Сыграем, Саид? Или… Ты говорил, что у тебя дела.
– Сыграем. Душ приму, я весь в табачном дыме.
– Хорошо.
Не спорит, взглядом мажет. Пойдёт со мной в душ или нет? Нет, походу.
Поняла, что не так со мной плохо, как она думала.
– Вернусь скоро, - направляюсь к лестнице, но торможу. – Жив.
– Что? – хлопает ресницами, губы приоткрывает.
– Эмин – жив. Про Тахира такого сказать не могу.
Потому что племянник – Хаджиев, как бы не плевался.
Я ему выбор дал, когда в комнате сидели. И я решал, что с ним дальше делать. Рассказывал, как Тахир перешел грань. И что Эмин сам должен с ним разобраться.
– Ника – семья, - так я сказал. Племянник не спорил. – А в семье…
– Кровь за кровь.
Эмин закончил за меня.
И я не сомневался, что Эмин сам глотку перережет Тахиру.
А ужас на лице предателя стремительно расцветал.
Тахир тоже в этом не сомневался.
Глава 37. Ника
– Господин Саид…
– Свободна. Пусть все оставят нас. Только Тереза с малым остается.
– Я поняла.
Застываю с кружкой в руках, прижимаюсь поясницей к кухонному столику.
