Узнать всё, что хочу. Бросить девчонке крупицы информации. И уйти к себе, успокаиваясь. Остудить собственные эмоции, чтобы пташке не прилетело.
– Всё, угомонись.
Я не лучший утешитель. Притягиваю к себе Нику, обнимая. Нихерена не знаю, как себя вести в таких ситуациях. Но походу, девчонке этого хватает. Не отталкивает меня, сама жмётся.
Второй раз за вечер у меня рубашка оказывается промокшей. В первый раз полез в душ за Никой, теперь девчонка сама старается. Трясется в моих объятиях, дышит обрывисто.
Тяну Нику на диван, усаживаю к себе на колени. Привычная поза, в которой ничего такого нет. И пташка даже не замечает этого, продолжает хвататься за мой пиджак.
– Ненавижу тебя, Хаджиев.
– За языком следи, ещё отхватишь.
– Н-не могу. Прости, - её ресницы щекочут шею, девчонка начинает елозить. Девчонка, плевать, что давно не восемнадцать. – Но это твоя вина. Ты меня довел до срыва.
– А ты мимо проходила со своей ложью? Не делай вид, что ты в белом пальто.
– Мой вопрос. Моя очередь, - блядь, нашла время. Ни капли не утихла, а лезет дальше. – Зачем тебе было это устраивать? При чем Эмин к моим страданиям?
– А то ты не знаешь.
Злость вырывается, щекочет глотку. Заставляю девчонку посмотреть на меня. Сама поднимает тему, которую я не хотел обсуждать. Но теперь пусть не надеяться на простое наказание.
– Не знаю.
– С Эмином что было? Правду, я же узнаю. Пацана поймаю и всё выбью.
– Было? Что? Я же рассказала всё! Я не видела его и…
– Трахалась с ним?
Прямой вопрос, который обрубает обсуждения. Давай, пташка, заканчивай всё. Ещё раз спрошу, ещё раз получу ответ. И пусть Бог наблюдает, как я держу себя в руках.
Не сорваться.
Не тряхнуть девчонку.
Не трахнуть прямо сейчас, наплевав на всё.
Поебать на неё, как же. Могу сколько угодно базарить с другими, самой Нике вешать лапшу. Но себя не обманешь, и от этого хуже всего. Не пристрелишь, чтобы чувства не мешали.
Как ворвалась в жизнь семь лет назад, так всё кувырком.
Ника – сплошной бардак.
А я разгрести не могу.
– Нет! Господи, нет! – давит тонкими пальчиками на мои плечи, заглядывает в глаза. – Этого не было, никогда! Я бы… Я всего с двумя… То есть, после тебя никого не было.
Правильный ответ.
И сейчас готов в него поверить.
Ника прямо доказывает, что нихрена она не играет. Запутавшаяся пташка, которая сбилась с курса. Разбивает мои прежние предположения. То, что могла просто притворяться.
Нет, Ника ведёт себя как дура, сама себя подставляла слишком много раз. Никто, кто хотел бы обставить меня, так не рисковал. Только я сам знал, с кем связывался.
И сейчас поздно винить девчонку за то, что не умеет играть по правилам.
– И Эмин никогда не проявлял интереса. Такого интереса. Он говорил, что хочет помочь. Не больше. У него свои претензии к тебе, но не через меня. Или…
– Без «или».