В кресле она чувствовала себя унылой наблюдательницей бушующих природных сил. Дождь и ветер резали лицо, а холодный осенний воздух накрапывал по штанинам. Теперь понимала, что пешком домой отправиться неизбежно — мокрые ботинки, испорченные косметика и прическа гарантированы. Опасаясь простуды, она сомневалась, сможет ли выдержать такой кошмар на улицах....
Но, поверь, твои чувства — лишь слабая тень того, что пришлось перенести мне.
— Да ты с ума сошел! — Я всплеснула руками, перебив его. — Себастьян, я из-за тебя чуть не погибла! Ведь я в самом деле могла утонуть в том дурацком ручье или замерзнуть насмерть в лесу!
Себастьян смотрел на меня, улыбаясь, и неожиданно меня осенило.
— Ты все время был рядом, так? — прошипела я, не в силах поверить такой подлости. — Ты наблюдал, как я плачу от страха, а сам в это время издевательски хихикал? Это твой смех я слышала в лесу?
— Нет, я не смеялся над тобой.
— Не уходи от темы! — препротивно взвизгнула я. — Себастьян, какого демона ты не помог мне сразу?!
— Да откуда мне было знать, что ты затеяла? — спокойно и даже с неким сочувствием парировал тот, но в его светлых глазах слишком отчетливо горел огонек ехидства.
— Ага, и ты, стало быть, не понял, что я заблудилась? — ядовито осведомилась я, каждый миг рискуя сорваться на крик.
— Трикс, я занимался своими делами, а не следил за тобой безостановочно. — Себастьян пожал плечами. — Понял, что происходит неладное, лишь когда ты завопила во все горло.
Я несколько раз глубоко вздохнула, силясь успокоиться. Себастьян был в своем репертуаре. Я прекрасно понимала, что на самом деле все происходило не так. Он наверняка решил проучить меня таким образом, показать, до чего доводит излишняя самоуверенность. Не удивлюсь, если окажется, что еще и лешего подговорил меня запутать.
— Как ты могла так дурно обо мне подумать?! — патетично воскликнул Себастьян, без малейшего зазрения совести прочитав мои мысли.
Я действительно так думала, но, понятное дело, не стала это озвучивать вслух. Иначе, боюсь, все-таки не устояла бы от искушения разбить о голову негодяя бутылку с вином.
— Да, кстати о вине, — очнулся Себастьян и поднял бокал, взглянул на меня сквозь рубиновую жидкость. — Не желаешь присоединиться?
— Чего ты добиваешься? — хмуро спросила я. — Я уже осознала, что поступила дурно, когда сбежала.
