Сержант Воронько в ночном Киеве находит в себе силы для азартных игр с компьютером. Его обычная жизнь нарушается загадочными событиями, когда в тишине города разворачивается нечто необъяснимое. Интрига обостряется, и Сердчатый Воронько оказывается в центре неожиданного приключения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Игра в отрезанный палец» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сержант Воронько в ночном Киеве находит в себе силы для азартных игр с компьютером. Его обычная жизнь нарушается загадочными событиями, когда в тишине города разворачивается нечто необъяснимое. Интрига обостряется, и Сердчатый Воронько оказывается в центре неожиданного приключения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Юрьевич Курков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Сержант Воронько в ночном Киеве находит в себе силы для азартных игр с компьютером. Его обычная жизнь нарушается загадочными событиями, когда в тишине города разворачивается нечто необъяснимое. Интрига обостряется, и Сердчатый Воронько оказывается в центре неожиданного приключения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Лицо его приняло недовольное озадаченное выражение.
— Он что, мудак? — произнес Сергей через несколько минут.
Ник пожал плечами.
— Все равно садись! — сказал Сахно. — Хрен с ним! Оставил нас без бабок, зато с продуктами.
Ник присел за столик, автоматически взял с тарелки кусок ветчины, сунул в рот и стал жевать, тупо уставившись в зарешеченную пасть темного камина. Думать не хотелось.
Сахно сходил на кухню, принес бокал и еще две бутылки пива. Налил Нику и себе.
— А ты там бабки не поискал? — спросил он негромко. Ник перевел заторможеный взгляд с камина на напарника.
— Где?
— Ну там, у него. Может, там сейф в стенке… Ник отрицательно мотнул головой.
— Ладно, пиво допьем — я сам посмотрю… Они сидели еще полчаса, прежде чем Сахно пошел на второй этаж, оставив Ника за столом.
В пустом зале ресторанчика Нику вдруг стало холодно. Он сходил на кухню, порыскал по углам и, найдя початую бутылку «Абсолюта», вернулся. Налил на донышко пивного бокала искать рюмку было уже лень.
А на улице уже краснело, опускаясь, вечернее солнце. Его отчетливые желтые лучи падали на левую стенку ресторана и освещали какую-то тарелку, висевшую там вместо картины. Ник, выпив водки, сходил и с тупым любопытством рассмотрел эту тарелку. На ней был изображен питерский Медный всадник.
Вернувшись за стол, Ник снова налил себе «Абсолюта», но тут к нему неожиданно вернулась воля. Сверху негромко потрескивали под ногами Сергея. потолочные перекрытия. Он, должно быть, переворачивал жилье старика в поисках денег. Ник, прислушиваясь к этим шагам, задумался о жене и сыне. Попробовал высчитать, в скольких километрах находился он теперь от Саратова. Почувствовал, что расстояние это, пускай огромное, еще больше увеличивалось с каждым днем.
Увеличивалось в каких-то других измерениях. Ясно, что во времени тоже, но время можно было перемножить на километры только в пути, а его путь остановился. Он теперь ни удалялся, ни приближался. Он теперь завис. Он так ждал начала событий, словно любое событие стало бы началом дороги назад. Но вотвмес-то начала этой дороги он теперь сидит и сам себя обслуживает в ресторане, на втором этаже которого висит мертвый хозяин, а в его вещах копается напарник. И пускай копается, может, действительно найдет какие-то деньги, ведь марки у них уже на исходе. Да и невидимое телефонное руководство, как оно отнесется к самоубийству Погодинского? Хотя не их в этом вина.
Ник все-таки пригубил еще водки и сам опроверг последнюю мысль. Вина была их, но на их месте могли бы оказаться и другие.
Сверху вдруг донесся телефонный звонок, мгновенно обрубивший размышления Ника. Он прислушался. Звонили долго, минуты три — четыре. Потом наступила тишина и даже шаги Сахно слышны не были.
