Игра в «Потрошителя» — читать онлайн бесплатно полностью

Ее целью было здоровье пациентов, а не сумма доходов, она могла довольствоваться малым, поскольку потребление не интересовало ее, а счастье она вычисляла по элементарной формуле: «Один хороший день плюс еще один хороший день равняется хорошей жизни». Дочка устала твердить Индиане, чтобы та повысила расценки — нелегальный иммигрант на сборе апельсинов зарабатывал в час больше, чем она, — но в конце концов поняла, что мать получила повеление свыше облегчать чужие страдания и должна была ему следовать, что на практике означало неизменную бедность, разве что явится какой-нибудь благотворитель или Индиана выйдет замуж за богача вроде Келлера. Аманда считала, что нищета предпочтительнее.

Хотя девочка не верила в действенность молитвы, когда речь шла о разрешении практических проблем, она все-таки обратилась за помощью к бабушке Энкарнасьон, которая находилась в прямом контакте с апостолом Иудой Фаддеем, чтобы тот убрал Келлера из жизни матери. Святой Иуда творил чудеса за сходную цену, выплаченную наличными в храме на Буш-стрит или переведенную по почте на определенный счет. Как только донья Энкарнасьон прибегла к святому, появилась статья в журнале, стоившая Индиане стольких слез; Аманда подумала, что от этого типа они избавились навсегда и Райан Миллер заменит его, но все надежды рухнули, когда мать и ее старый любовник вместе улизнули в Напу.

Для доньи Энкарнасьон развод был грехом, а в случае Индианы и ее сына Боба грехом никому не нужным: немного доброй воли с обеих сторон — и они зажили бы вместе, как Господь велит. В глубине души они любят друг друга, ведь ни один не вступил в новый брак: донья Энкарнасьон надеялась, что очень скоро они в этом убедятся и сойдутся снова. Ей не нравилось, что Боб заводит подружек сомнительного поведения, но это полбеды, мужчины — создания несовершенные: но она не могла спокойно смотреть, как Индиана рискует загробным блаженством и репутацией, вступая во внебрачные связи. Был составлен семейный заговор, и долгие годы от нее скрывали существование Алана Келлера, пока Аманда в глупом припадке откровенности не выложила все. Бабушка разгневалась эпически и гневалась несколько недель, пока ее сердце великой матери не одолело католических убеждений, и тогда она снова приняла Индиану: ведь человеку свойственно ошибаться, а Бог велел прощать, как заявила донья Энкарнасьон. Она относилась к невестке с нежностью, хотя многие стороны жизни этой молодой женщины оставляли желать лучшего: дело было не только в том, как она воспитывала Аманду, как одевалась и причесывалась, но и в ее работе, которая мексиканке казалась языческой, и даже в том, как она обставляла комнаты.