Ей пришла в голову идея завести платную ароматерапию в роскошных отелях и спа-салонах, чтобы продажа эссенций, по крайней мере, покрыла расходы на дорогое сырье. Эти заведения закупали самые популярные масла и употребляли их как попало — каплю туда, каплю сюда, как будто имели дело с духами; не принимали ни малейших мер предосторожности, не удосуживаясь ни выяснить что-то о свойствах масел, ни почитать инструкцию, несмотря на то что Индиана предупреждала — неправильно назначенные ароматы могут навредить, как это было, когда эпилептику дали понюхать укроп и анис, а нимфоманке — сандал и жасмин. Дочь уверяла, что волноваться не о чем: процент эпилептиков и нимфоманок среди населения не так уж высок.
Она могла перечислить все эссенции, какие были у матери, но их свойства девочку не интересовали: ароматерапия — искусство капризное, а она склонялась к точным наукам. Вряд ли, думала она, существует достаточно доказательств того, что пачули склоняет к любовным отношениям, а герань стимулирует творческую силу, как уверяют древние восточные тексты весьма сомнительной подлинности. Цветы померанца не могли справиться с гневом отца, а лаванда не добавляла матери здравого смысла, хотя они и должны были бы действовать так. Аманда употребляла мяту против застенчивости, без видимого результата, и масло шалфея против менструальных болей: оно помогало только вместе с анальгетиками из дедовой аптеки. Аманда хотела жить в упорядоченной вселенной, построенной по четким правилам, а ароматерапия, как и прочие мамины методы, добавляла в мироздание тайну и беспорядок.
Она закончила с бухгалтерией и собирала рюкзак, чтобы ехать в школу, когда появилась Индиана, с чемоданчиком грязного белья, чуть загорелая под анемичным, но упорным зимним солнцем над долиной Напы. Дочь ее встретила упреком:
— Как ты поздно, мама!
— Прости, дочка: я хотела приехать пораньше, но мы застряли в пробках. Эти три дня отдыха были нужны мне, я так устала. Как там мой баланс? Наверное, как всегда, плохо… Пойдем на кухню, поболтаем немного, я заварю чай. Еще рано, дедушка не заедет за тобой раньше пяти.
Она попыталась поцеловать Аманду, но та отстранилась, села на пол и стала звонить по мобильнику деду, прося его поторопиться. Индиана уселась рядом, подождала, пока дочь закончит разговор, и взяла ее за подбородок:
— Посмотри на меня, Аманда. Ты не можешь уехать в колледж, затаив на меня обиду: нам нужно поговорить. Я позвонила тебе в среду и рассказала, что мы с Аланом помирились и поедем на несколько дней в Напу. Это не было для тебя неожиданностью.
— Если ты собираешься замуж за Келлера, я не хочу об этом знать!
— Насчет того, чтобы выйти замуж, мы еще посмотрим, но, если я решусь на такой шаг, ты первая об этом узнаешь, хочешь ты того или нет.