На заре нового года, на главной улице Одессы, тень внезапно появляется за стеной. Сначала это была неприметная точка, но его острый инстинкт предчувствия моментально превращал ее в черное пятнышко, не сразу заметное. Всегда насторожившийся человек под ногами чувствует острую боль, как будто иглы проникают в позвоночник, стоит только шагнуть в свой переулок....
Прямо с порога она нагло поинтересовалась, можно ли тут курить, после чего Емельянов цыкнул на нее, требуя вести себя более прилично.
Тогда дамочка напустила на себя вид сплошной добродетели и показала для официального протокола, что вместе с Кирой Вайсман училась в театрально-художественном училище, однако потом пошла по парикмахерской линии, так как парикмахеры больше зарабатывают.
Жила эта Валерия Лушко одна в коммуне на улице Чкалова, родом была из Николаева. Тут же она сообщила, что родители Киры умерли 10 лет назад, отец — от язвенного кровотечения в больнице на Слободке, а мать — спустя полгода от сердечного приступа.
— Это вы были вечером у нее в гостях? — Константин сам вел протокол.
К тому моменту, когда Валерию Лушко привезли, тело Киры уже убрали из квартиры. Поэтому Емельянов отправил восвояси большинство сотрудников. К тому же он отлично умел писать стенографически.
— Я конечно, — сев на стул, Валерия Лушко как-то очень быстро растеряла весь свой вульгарный вид, и было видно, что чувствует она себя неуверенно.
— В котором часу вы пришли?
— В пять часов вечера. Кира меня пригласила. Она вернулась из Москвы три дня назад, но звать меня в гости не спешила, так как не хотела говорить на неприятные темы. А тут решила все же поделиться.
— Какие неприятные темы? — насторожился опер.
— Так провалилась ведь ее поездка в Москву! — воскликнула Валерия. — Она ж хотела там устроиться на работу и больше не возвращаться в Одессу, но у нее ничего не вышло.
— Куда она хотела устроиться на работу? — продолжал Емельянов, почувствовав, что в этом деле может быть важна каждая деталь.
— Знаете, есть такой знаменитый артист в Москве, Леонид Утесов? — спросила Лушко. — Он ведь бывший одессит, кстати.
— Конечно знаю, — Емельянов вздрогнул — лишь недавно он сам вспоминал, что Утесов родился как раз в Треугольном переулке.
— Родители Киры очень хорошо знали этого Утесова, — продолжала пояснять подруга, — в молодости они с ним соседями были, здесь, в Треугольном переулке. А потом отец Киры стал завхозом, и там же где-то работал и этот Утесов. И вот Кира решила, что Утесов поможет ей, ну, по старой памяти. Она знала, что у него есть свой оркестр, это что-то вроде своего театра. И вот хотела устроиться у него работать.
