Даша шарит по ящику документами, пытаясь найти справку для очередной нужды – заставлять Собес выпустить очередную поддержку. Глаза у нее насквозь пронизывают все бумаги, ища хоть крохотный штрих или отметку, который мог бы облегчить ее страдания. Жизнь Дашиной выглядит как бесконечная череда просроченных документов, где каждое новое упущение превращается в новый вызов для ее самоуважения и собственного благополучия....
Нажала кнопку звонка и стала ждать. Очень скоро за дверью послышался топот маленьких ножек, а следом мамины шаги. У нее сердце зашлось от радости.
– Иду, иду!
Мама открыла дверь, Максимка тут же с воплем кинулся к Даше – обнимать ее за ноги. Схватила его, подняла на руки, тесно-тесно прижала, малыш захихикал и повис на ней как обезьянка на пальме. В ту минуту Даша была совершенно счастлива.
– Дашенька, ну, рассказывай, не томи, – начала мама.
– Сейчас, я разденусь! – Даша смеялась, пытаясь спустить обезьянку с пальмы.
Наконец ей удалось. Вернее, это бабушке удалось заманить внука. Даша сняла обувь и верхнюю одежду и, видя, что мама прямо изводится, торжественно доложила:
– Устроилась.
***
А потом, когда схлынули первые восторги, они сидели в кухне за чаем, и Даша рассказывала. Не все, конечно, о некоторых вещах она предпочла умолчать. Например о том, что этот Игорь Надеин слишком красив, настолько, что ей иногда страшно на него смотреть. И что условия работы пока не обговорили. И вообще… Были нюансы, смущавшие Дашу.
Но главное – ее взяли без всяких испытательных сроков, тестирования и прочих тягомотин! И теперь никаких Собесов с их справками и пособиями, идут они к лешему. У них будет стабильный доход.
Мама несколько раз переспросила, когда Даша назвала цифру. Потом еще уточнила:
– Это оклад?
– Оклад, – подтвердила Даша и добавила. – И знаешь, мама, он сказал…
Она колебалась, озвучивать или нет, а потом подумала, что мама должна знать.
– Этот Надеин сказал, что наша фирма так быстро обанкротилась, потому что ее слили.
Обе они в тот момент подумали об одном. Как им было тяжело тогда, как трудно. И что помогать и разбираться должен был не он, а Тимур. Впрочем, к чему ворошить прошлое.
Повисло молчание. Только из комнаты доносились звуки – музыкальное сопровождение какого-то мультика, который смотрел малыш. У матери был задумчивый вид, она сидела сгорбившись и водила по столу ладонью. Неприятные воспоминания, боль, слишком свежо все это было в сердце.
Даша встала, взяла пустые чашки и понесла в мойку.
– Знаешь, Дашенька, пока тебя не было, – тихо проговорила мама. – Звонил Тимур.
Даша замерла, не донеся кружку до мойки. Потом все-таки медленно поставила ее и повернулась.
– И что?
– Дашенька… – мама побледнела и судорожно поправила рукой волосы.
Нет, лишний раз нервировать мать Даша не хотела, поэтому она постаралась говорить как можно спокойнее.
– Мама, успокойся, все нормально.
