В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
С того момента, как решил оставить ее себе, мое мышление стремительно скатывается к дикому, блять, собственничеству.
Она моя. И она нужна мне не для красоты. Мне тридцать четыре, и я могу всерьез подохнуть, если завтра из моей жизни испарится лежащая рядом девушка.
— Мне нужно сделать пару звонков, — очерчиваю контур припухших алых губ.
Она беременна — напоминаю себе. “Ему” три с половиной недели и у него есть сердцебиение. Все это не особо укладывается в моей голове. Я не врач, но на мой взгляд сегодня с волчонка хватит.
"Вздохнув, снова целует мою грудь и скатывается с меня, переворачиваясь на спину.
Откинув одеяло, встаю и трясу головой, чтобы прогнать из башки этот дурман.
Обойдя стол с приконченным пару часов назад ужином, достаю из сумки трусы и ноутбук.
— Когда-нибудь я увижу тебя без бороды?
— Можешь попросить это в качестве подарка на день рождения.
Слышу за спиной тихий мелодичный смех.
Усмехнувшись, натягиваю трусы.
То, что я нужен ей больше, чем мои деньги — не ложь. Врать она не умеет. И то, что этим нерациональным подходом она гордится, в очередной раз напоминает мне о том, что ей двадцать три. Всем что-то от меня нужно. И это естественно. Не принимать этого моей жене мешает очаровательный максимализм, который она может оставить себе. Кажется, меня он охеренно вставляет, потому что я никогда в жизни не сталкивался с такой чистейшей бескорыстностью, которую любой на моем месте посчитал бы глупостью.
Усевшись в кресло, пристраиваю ноутбук на журнальном столе и тру ладонями лицо. Подняв глаза, смотрю на постель.
Укрывшись волосами, Юля из нее выбирается. Голая. Свежая и молодая, как спелый плод, от которого я не смог отказаться, хотя сейчас мне кажется, что я нихрена и не старался. Когда вирус захватывает носителя, он маскируется, пока не становится слишком поздно.
Пугливая и колючая, как, блять, еж… она, твою мать, просто не могла лежать в кармане и не доставлять неприятностей…
В тот день, когда увидел ее с Алихановым, был не прочь открутить эту хорошенькую голову. Вместо того, чтобы ухаживать за другой женщиной, я думал о том, как моего волчонка трахает другой мужик.
