В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
Пускать меня на свой водопой Алиханов и два его партнера не собираются. С учетом того, что в качестве первоначального взноса я привел ему клиента на лучшую сделку в его гребаной жизни. Наглядная демонстрация того, что я всего-навсего щенок, которому можно дать пинка под зад, рушит мое спокойствие.
— Сука! — ударяю кулаком по столу, сметая со стола ноутбук.
Упершись локтями в колени, впечатываю сжатый кулак в раскрытую ладонь.
Только минуту спустя понимаю, что воздух вокруг меня полон какого-то жесткого дисбаланса.
Подняв глаза, натыкаюсь на испуганный кареглазый взгляд.
Замерев и уронив на пол свой десерт, Юля смотрит на меня испуганно, переминаясь с одной стройной ноги на другую.
Блять…
Запрокинув голову и закрыв глаза, делаю выдох.
— Иди сюда, — протягиваю ей руку, откидываясь на спинку кресла.
Отряхнув руки, мнется в нерешительности."
"То, что она меня боится, в очередной раз напоминает мне о том, в каком уязвимом положении она себя ощущает. Она меня боится, и это гасит любую мою агрессию.
— Иди сюда… — повторяю, глядя на нее пристально.
Волосы скрывают ее тело до самого пупка. Тонкая складка между густых черных бровей — еще один сигнал тревоги.
Иди сюда…
Остановившись между моих ног, кусает губы. Обняв руками тонкую талию, заставляя сесть на свое бедро. Поведлив, обнимает руками мою шею, заглядывая мне глаза. Сжав пальцами маленький округлый подбородок, спрашиваю:
— Помнишь, что я сказал тебе?
— Ммм… когда? — спрашивает тихо.
— Два дня назад, — напоминаю. — Я сказал, что бояться меня тебе не нужно.
— Я не боюсь! — выкрикивает, зло глядя мне в глаза. — Нельзя любить того, кого боишься, — добавляет мятежно.
— Все, что передано тебе по контракту, останется с тобой в любом случае, — вбиваю ей в голову. — Ты можешь послать меня в любой момент. Меня и кого угодно, это ясно?
— Я… — распахнув глаза, глотает воздух.
Кремово-сливочные щеки заливает краска, а потом это случается…
Вжавшись носом в мою щеку, сжимает руками шею так, что дышать становится сложновато мне.
— Ты мне нужен! Ты! Я люблю тебя… люблю… — всхлипнув, кусает мои губы, заставляя целовать себя в ответ.
Целую. Жадно целую эти губы, бормоча:
— Нужен?
— Нужен… весь до капли!
— Бери…
Лихорадочный блеск ее глаз заводит раньше, чем мозги обрабатывают сигнал. Оседлав мои бедра, рычит:
— Ты чокнутый…
— Ты уже говорила, любимая…
Ее губы улыбаются, через секунду оказываясь на моих.
Расслабляюсь, отдаваясь в ее полное распоряжение.
