В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
Точно зная, что пинка под зад мне дали из-за нее. И точно зная, что я ни о чем не пожалею. Также знаю, что когда-нибудь верну этот пинок с процентами, только моя награда уже со мной.
КОНЕЦ
ЭПИЛОГ
Три года спустя…
— Все-таки решились? — искаженная акцентом английская речь звучит достаточно разборчиво, и вообще, здесь по-английски говорят даже собаки.
Подняв глаза, улыбаюсь пожилому азиату, который улыбается мне в ответ. Сувенирный магазин принадлежит ему и, судя по всему, его дочери, которую за последний месяц я без преувеличения достала.
— Можно мне еще раз взглянуть? — прошу его.
Бесшумно ступая по плиточному полу, скрывается за прилавком.
По вспотевшей спине гуляет воздух из кондиционера.
Обмахиваясь буклетом, сдуваю со лба волосы и проклинаю Индонезийскую столицу. Закатанный в бетон и увешанный небоскребами Центр города — настоящая раскаленная сковородка, но я бываю здесь так редко, что иногда забываю об этом.
— Эта? — на стеклянный прилавок передо мной опускается бархатный лоток, а на него него приземляется статуэтка застывшей в прыжке черной пантеры.
— Да, спасибо…
От восторга мне хочется визжать или хлопать в ладоши.
Черный оникс и тонкая ручная работа, которая меня, черт возьми, завораживает, потому что… вся эта застывшая запечатленная мощь и хищность до кульбитов в животе ассоциируется с одним человеком. С тем, у которого через четыре дня день рождения, и которому я уже несколько недель пытаюсь выбрать подарок, но эта пантера застряла в голове еще с того дня, когда я увидела ее в первый раз…
— Я ее возьму, — сдаюсь, проводя пальцем по оскалившейся морде размером с мой кулак.
Потрясающая…
Сердце разгоняется, потому что я знаю — ему это понравится!
Упакованная в фирменную коробку, она еще тяжелее, чем на вид. Это антиквариат, а его с доставкой на дом не предлагают. Чертовски жаль.
Водитель открывает мне дверь, как только показываюсь из дверей магазина. Быстро перебежав расплавленный жарой тротуар, ныряю в охлажденный салон, располагая на коленях бумажный пакет со своей покупкой.
— Домой, — отвечаю шоферу, молясь о том, чтобы не проторчать в пробке до вечера, потому что здесь это раз плюнуть.
Круглосуточный час-пик проклятье этого города, а мое личное проклятье — это сезон дождей, потому что местные грозы пугают меня до чертиков. Иногда это похоже на конец света, но это настолько же завораживает, насколько и пугает.
По стеклу вдруг начитают барабанить капли.
