В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
Через минуту дождь заливает его так, что дворники переходят в режим суперскорости, а когда машина въезжает в частный спальный район, от дождя уже и следа нет.
Если и существует на свете “буйная” зелень, то здесь, в этом районе, она как раз та самая. Буйная и повсеместная. Коттеджи отгорожены друг от друга ею и двухметровыми заборами, потому что именно так местные понимают “неприкосновенность частной жизни”.
Во дворе еще одна машина. Ура!
Отпустив водителя, выбираюсь из салона.
С листьев капает вода, и от этого свежо.
Свежо, светло и тихо.
Войдя, сбрасываю с ног сандалии и прячу свою покупку в нижний ящик комода у входа, надеясь, что никто не умудрится наткнуться на него в ближайшие два дня."
"Тишина в нашем доме — не особо частое явления, в основном тут настоящий дурдом, потому что в прошлом году я получила сертификат дизайнера, и мой муж… в общем, он нанял меня для того, чтобы я сменила обстановку в его кабинете. Все это вылилось в ремонт кабинета, а потом… потом я занялась столовой…
Заглянув на кухню, спрашиваю:
— А где няня?
— Изволили отпустить, — отвечает Рада.
Наша домработница россиянка и она умеет быть очень незаметной, хотя я никогда этого не требовала, ведь мне нравится эта женщина. Моей сестре она тоже нравится, поэтому, глотая мороженое из здоровенной банки, она грузит обернутую в мусульманский платок голову Рады подробностями своей жизни, которую скучной назвать сложно, учитывая то, что Рита учится в школе, где нет ни одного русскоговорящего ребенка.
Боже…
Ей тринадцать, и этот ребенок еще одно мое проклятье! Непослушный и взрывной, как бочка с гребаным керосином. И, судя по тому, как горят ее голубые глаза и шевелятся уши — мы в доме не одни.
— Я купила тампоны, — сообщает она деловым тоном. — Компакт.
— Зачем? — уточняю, ловя веселый взгляд Рады.
— Потому что у меня в любой момент могут начаться месячные, — с помпой сообщает моя сестра. — А у тебя я тампонов не нашла.
Не мудрено. Мои месячные начнутся очень не скоро. Примерно через семь месяцев, черт возьми.
— Очень предусмотрительно, — открыв холодильник, достаю оттуда холодный лимонад.
Решаю не затрагивать тему того, что месячные не самая гарантированная вещь в ее возрасте, и, вполне возможно, ей придется ждать не меньше моего.
