Сопротивление капитулировало в то же мгновение… И стоило мне смириться с происходящим, как действия супруга стали значительно нежнее, впрочем, я практически ничего не испытывала ровно до того момента, как губы кесаря не спустились к шее, и вот тогда все тело охватило странное предвкушение чего-то приятного. Какое-то загадочное это место у меня — шея, никогда не думала, что поцелуи именно сюда могут заставить стать невероятно чувствительным все тело. И ведь супруг явно это знал, и мелькнула мысль, что трехсотлетний опыт обращения с женщинами в кесаре, несомненно, ощущается…
Уже в следующее мгновение я растворилась в нахлынувших ощущениях, отстраненно рассуждая, что за такое и магии в очередной раз лишиться можно…
— Что?! — прошипел мой супруг, прекратив довольно-таки приятные действия.
Я же открыла глаза, попыталась совладать со сбившимся дыханием и осознала, что со стороны мы должны презабавно смотреться: я, лежащая на столе среди древних свитков и талмудов, и кесарь, склонившийся надо мной и продемонстрировавший на практике свои знания и умения. И я с удивлением отметила, что после очередной демонстрации супругом своего немалого опыта сражений на любовном фронте мысли как-то разбегаются.
— Кстати, — я вдруг вспомнила одну прелюбопытную деталь, — а где сейчас ваши бывшие возлюбленные?
Супруг чуть отстранился, пристально взирая на меня льдисто-дымчатыми глазами, и задал свой, весьма неожиданный для меня вопрос:
— Коварная моя, как далеко ты продвинулась в своих изысканиях в отношении моей персоны?
Запоздало вспоминаю, кого пыталась вызвать на откровенность… становится страшно… очень…
— Итак, — кесарь вновь склонился и теперь, разговаривая, касался губами моих губ, — подведем итог: ты отыскала сведения, позволившие сделать выводы о моих способностях поглощать магию. А я все пытался понять, зачем тебе эта пыльная рухлядь!
Я вздрогнула, кесарь насмешливо ухмыльнулся, но в этом положении я скорее ощущала его улыбку, чем видела.
— И ты, догадливая моя, решила найти того, кому можно задать нужные вопросы… Вишневый остров, не так ли?
О Великий Белый Дух, помнишь, я тебя о чем-то просила? Забудь! Подари мне ума побольше!
— Ум у тебя есть, — так как глаза мои были в тот момент зажмурены, осторожный поцелуй я ощутила особенно ярко, — а опыта маловато, коварная моя.
И кесарь исчез. В том, куда он отправился, у меня сомнений не было.