В этой книге ожидало его за густой тьмой этих безмолвных врат может навсегда изменить всю жизнь и даже убить. Покинув мир драконов, он не вернется с ни одной жертвой, а ищет ее среди мира за Вратами — огромного и неведомого до конца.
Зал резиденции выглядел шикарно! Высокие окна, зауженные кверху и обложенные странным золотистым камнем, стены украшены рисунками Драконов всех оттенков медного, золотого, синего и зеленого, их морды в каком-то едином порыве вздернуты к потолку, в центре которого восседает огромный черный Ящер. По центру стоял огромных размеров стол, за которым при желании могли уместиться пару десятков человек. Серебряные канделябры сияли на очищенной до полированного блеска столешнице, а стулья с высокими спинками чинным полукругом выстроились вдоль стены.
— Прародитель наш, основатель этого мира, — прокомментировал Серый, указывая пальцем на потолок. Это Храм, на стенах которого высечены имена первых Драконов и их родовые гнезда, а письмена у свода рассказывают легенду о появлении нашего мира.
— Так это не твоя резиденция? — спросила я и, поймав ошарашенный взгляд Серого, поняла, что сморозила глупость.
— Это место само по себе реликвия, Дом первого Дракона, откуда он начал заселение этих земель и где он окончил свою жизнь, став Хранителем Врат, — вещал Серый. — Здесь был создан Источник энергии, который поддерживал в нас магию, неиссякаемый эликсир вечной молодости, — усмехнулся целитель, глядя на меня с каким-то снисхождением.
Я пожала плечами, мол, все мне понятно, а сама продолжала смотреть на потолок и вспоминать Драко.
— Вот и окунули бы в него вашего бунтаря, чтобы людям жизнь не портил, — огрызнулась я, а Серый напрягся и поник головой.
— Все непросто, Маша. Я хочу тебя кое с кем познакомить. Это Последний, мой друг и помощник, служитель Храма, Дракон, навсегда сложивший свои крылья.
Я воззрилась на парнишку, который недавно сопровождал меня в утренних пробежках. От дурацкой синей формы не осталось и следа. От плеч до пола его укрывали складки темно-синего плаща из плотной тяжелой материи, подчеркивая бледность и какую-то прозрачную нездоровость кожи лица.
— Ты болеешь? — участливо поинтересовалась я. — Тоже на лечении?
Последний грустно улыбнулся и шагнул ко мне ближе.
— Я счастлив встретить тебя в Храме Дракона, Наездница Брата моего, кровь от крови моя, плоть от плоти моя; пусть едино с моим бьется сердце твое, и мысли наши протекают в глубоком потоке параллельно друг другу, и руки наши окунутся в исток и сопьются в едином объятии. Прими меня, — и низко склонил голову.
