В этой книге ожидало его за густой тьмой этих безмолвных врат может навсегда изменить всю жизнь и даже убить. Покинув мир драконов, он не вернется с ни одной жертвой, а ищет ее среди мира за Вратами — огромного и неведомого до конца.
— След когтя Хранителя, — прошептал Серый, — не может быть, невероятно, — и я краем глаза увидела, как он начал описывать вокруг кровати танцевальные па. Последний не сводил глаз с моей спины.
— Можешь потрогать, — кивнула я себе за спину.
— Не дразни парня, Маша! — предостерег Серый, резко останавливаясь. — Он срезал свои крылья и навек облачился в них, никогда наезднице не сесть ему на спину, никогда не летать Синему Дракону.
Я вскочила с кровати, забыв, что футболка задралась и демонстрирует всем персиковые оборочки бюстгальтера.
— Ой… О! — я смотрела на плащ последнего во все глаза. — Так это твои, это они?
Последний, видимо, еще не смерился со своей жертвой и, опустив голову, безмолвно рыдал, его плечи сотрясались, волосы закрыли лицо, а я сидела и чувствовала себя настолько подавленной, что не могла выговорить слова сочувствия. Мне было искренне жаль дракона, но он сам избрал свой путь.
— Прости, меня, — все-таки прошептала я и потянулась к Последнему.
— Не трогай, — заорал он и отпрянул, — не дотрагивайся до меня! — развернулся и вышел из комнаты.
Всегда знала, что с фанатиками нужно быть осторожнее. У них своеобразное мышление, которое не воспринимает нормальных форм человеческих эмоций.
— Не больно-то и хотелось. — Буркнула вслед дракону.
Серый присел на край кровати и посмотрел мне в лицо.
— Не нужно его судить, Маша. Да-да, твой взгляд тебя выдает. — Остановил мои возражения целитель, — Он мог бы стать продолжателем своего рода, но предпочел срезать крылья и навек забыть свое имя.
Теперь мне действительно стало страшно, захотелось к брату домой, в свой мир, такой привычный и такой…. Невзрачный по сравнению с тем местом, где я оказалась. Меня настораживали слова и поступки Серого и Последнего, их взгляды, полные нездорового блеска. Таких людей в моем мире принято называть маньяками.
— Тебе пора узнать всю правду о нашем мире. Пойдем, вставай. — Потянул меня Серый за руку.
— Не могу, мне только что было плохо!
— Когда печать полностью завладеет твоим сердцем, станет еще хуже.
— Куда хуже-то?"
"— Ты окаменеешь! — Изрек Серый равнодушно и исчез за дверью, а я подскочила как ужаленная.
— А раньше мог сказать? — Едкий смех был мне ответом.
