Вечер обещает быть жарким и непредсказуемым в Их жарком ноябре. Встреча с клиентом отдаленно похожа на неудачную авантюру, а выдающаяся работа заставляет перенести конец дня прямо в кафе, где уютное пламя камина и шоколадная чипсы только подчеркивают неразделенную тоску....
Тщательно чистит зубки, сопит, в десятый раз проверяет свой рюкзачок.
Мама кормит ее завтраком, заплетает косичку, а я заставляю себя накраситься. Именно заставляю, потому что мне все равно, как я выгляжу. Но что скажут люди… через одного же все вокруг мамины знакомые. Знают, что я вернулась домой с дочкой и развожусь с мужем.
Надеваю шерстяное платье, теплые чулки, но, наверное, по любому замерзну. Ради одной остановки я не стану брать со стоянки машину.
— Надень мою шубу, — ворчит мама. — Заболеешь же.
— Не хочу твою.
— Его украли! Продали, наверное. Ходит кто-то другой в твоем зимнем пальто, — ухмыляется мама.
Хмурюсь. У меня было хорошее зимнее пальто. Оттороченное норкой, теплое и стильное пальто. А теперь его нет. И работы нет. И, кажется, Валера украл у меня все — возможность продолжать жить в Ростове, работать на прилично оплачиваемой работе, любить и быть любимой. Как же я его ненавижу!"
"— На выходных поезжай в торговый центр, отец денег даст. У него премия квартальная должна быть, — вещает мама.
А я чувствую себя так, будто только закончила десятый класс. Тогда мама говорила те же самые слова. У папы квартальная премия, поедем, купим тебе вещи.
— Нет, не поеду. Потом как-нибудь, когда распродажи начнутся, приобрету что-нибудь со скидкой.
— Гордая, да? — посмеивается мама.
— Да, гордая. Не хочу ваши деньги брать. И так на Еву, сколько потратили за неделю.
— Ну, на что-то же надо тратить то, что мы зарабатываем. Будем считать, у нас наступила вторая молодость, раз уж ты вернулась.
…Еще пятнадцать минут до начала занятий, а мы с Евой уже в школе. Она вцепилась в мою руку мертвой хваткой.
— Не волнуйся ты так, — качаю головой. — Это же не садик. Всего сорок минут с учительницей, а потом я тебя заберу. Я и ждать тебя в коридоре буду. Как по субботам в художественную школу мы ходили, помнишь?
Ева отчаянно кивает.
Наконец выходит учительница. Мою дочку и еще нескольких детей приглашают в класс. Другие мамы наперебой дают советы своим вспотевшим чадам, а я молчу. Ева тоже молчит. Она всегда молчит, если попадает в толпу. Оборачивается только один раз, я ободряюще киваю. Шепчу губами, что буду ждать ее здесь, за дверью.
Уф, двери класса закрываются. Мамы расходятся.
