— Ты всегда меня упрекаешь, — всхлипнула она. — А я ни в чем не виновата.
— А кто же тогда виноват? Кто? Ну скажи мне, кто виноват? Кто заставил тебя это сделать?"
"— Я не знаю, я не помню, — прошептала Терехина. — Не мучай меня.
— Это ты меня мучаешь! — внезапно заорала Ира. — Это ты превратила мою жизнь черт знает во что! Я уж не говорю о жизнях твоих детей, которые уже шесть лет лежат в больнице. Я не могу их забрать домой, потому что не могу обеспечить им уход. И я вынуждена колотиться семь дней в неделю с утра до вечера, а в итоге покупаю тебе какое-то дурацкое лекарство, вместо того чтобы купить Павлику лишний килограмм клубники или новую майку для Наташи.
Господи, когда же это кончится! Она обессиленно опустилась на пол рядом с кроватью, на которой лежала мать, и зарыдала. Галина осторожно вытянула руку и легко погладила Иру по голове. Та дернулась, словно ее током ударило.
— Не смей ко мне прикасаться! Мне не нужна твоя жалость! Лучше бы ты детей пожалела шесть лет назад. Ты же четыре жизни изуродовала, а отца просто убила!
— Лучше бы я умерла тогда, — обреченно произнесла Галина.
Ира поднялась, вытерла слезы рукой, взяла свою сумку и подошла к двери.
— Это точно, — сказала она, не глядя на мать. — Лучше бы ты умерла.
Вернувшись домой в первом часу ночи, Ира Терехина тихонько зашла на кухню, чтобы что-нибудь съесть. После поездки к матери и до вечерней работы в ресторане она успела убрать в квартире, и теперь кухня сияла чистотой. Шамиль съехал, а новый жилец, Ильяс, появится только через два дня.
Георгий Сергеевич, второй съемщик, беспорядка после себя не оставлял, и Ира могла быть уверена, что в ближайшие два дня дома будет царить чистота.
Георгий Сергеевич ей нравился, и она мечтала о том, чтобы все жильцы у нее были такие же, как он. Тихий интеллигентный мужчина лет пятидесяти, съехавший от жены после развода в ожидании решения квартирного вопроса, он относился к своей хозяйке по-доброму и даже старался помочь, чем мог, видя, как она беспрерывно мотается с одной работы на другую.
— Ирочка, я собираюсь нести вещи в химчистку. Что-нибудь ваше захватить? — спрашивал он.
— Ирочка, у меня завтра запланирован большой поход за продуктами. Вам что-нибудь нужно?
Если Ира приходила с работы, а он еще не спал, Георгий Сергеевич сочувственно говорил:
— Садитесь, Ирочка, я вам чайку налью, а вы отдыхайте. Но вообще-то бывало это нечасто. Георгий Сергеевич рано вставал и уходил на работу, а потому и вечерами не засиживался допоздна.
