Я знала, что добром это не кончится».
— Что еще она сказала? — спросила Настя, чувствуя, как вмиг пересохли губы.
— Больше ничего. Вероятно, это была одна из тех альковных тайн, которые было невозможно вытянуть из Кати. Проводив Марту Генриховну вниз, Настя стала подниматься к себе на пятый этаж. Неисповедимы пути твои, сыщицкая удача! А если бы Стасов не зашел к ней? А если бы ушел сразу же и не встретился с Мартой Шульц? А если бы Ира Терехина оказалась нормальной воспитанной девушкой и Марте не пришло бы в голову ее обсуждать? Удача балансировала на тонком шесте, каждую секунду грозя свалиться в пропасть и разбиться, но все-таки удержала равновесие и благополучно добралась до места назначения
ГЛАВА 2
Мать смотрела на Иру ясными светлыми глазами и безмятежно улыбалась.
При падении с девятого этажа она сломала позвоночник и потеряла способность самостоятельно передвигаться. Но еще хуже было то, что вследствие травмы черепа она потеряла память. То, что она знала на сегодняшний день, было рассказано ей врачами, дочерью и обитателями дома инвалидов.
На восстановление памяти надежды не было никакой. То есть на самом деле надежда эта была, но нужен был высокооплачиваемый специалист, который провел бы с Галиной длительный курс занятий по специальной методике. Денег на это у Иры не было, каждая заработанная копейка, которую удавалось сэкономить, откладывалась на лечение брата Павлика.
— Почему ты не занимаешься своим лицом? — спросила мать, придирчиво оглядывая Иру. — Эти безобразные прыщи тебя портят.
— Твоего совета не спросила, — грубо ответила Ира — Ты бы лучше поинтересовалась, как твои дети себя чувствуют.
— Как они себя чувствуют? — послушно повторила Галина. — Ты у них была?
— Была. Вчера ездила. Плохо они себя чувствуют. Тебе спасибо, постаралась.
— Зачем ты так говоришь, доченька? — жалобно проскулила Галина. — Какая ты жестокая.
— Зато ты очень добрая. Устроила мне счастье на всю оставшуюся жизнь. Ну можешь ты мне объяснить, зачем ты это сделала? Почему, мама, почему?
Из ясных глаз Галины Терехиной потекли слезы.
Она ничего не помнила. Ей сказали, что она выбросила из окна своих детей — одиннадцатилетнюю Наташу, семилетнюю Оленьку и полугодовалого Павлика. Но она этого не помнила. И почему она это сделала, Галина не знала.
Еще ей сказали, что у нее был муж, который не выдержал этого ужаса и умер от разрыва сердца. Мужа она тоже не помнила, но понимала, что раз у нее было четверо детей, то, наверное, и муж был.
