Автор
На улицах города разворачивается жестокая игра смерти. Убийство, совершённое в открытую, становится началом запутанного расследования. Следователям предстоит распутать клубок лжи и предательства, чтобы понять, что скрывается за маской обычной жизни и какие тёмные секреты движут людьми к...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Иллюзия жизни»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
На улицах города разворачивается жестокая игра смерти. Убийство, совершённое в открытую, становится началом запутанного расследования. Следователям предстоит распутать клубок лжи и предательства, чтобы понять, что скрывается за маской обычной жизни и какие тёмные секреты движут людьми к...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александра Вэджи Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
На улицах города разворачивается жестокая игра смерти. Убийство, совершённое в открытую, становится началом запутанного расследования. Следователям предстоит распутать клубок лжи и предательства, чтобы понять, что скрывается за маской обычной жизни и какие тёмные секреты движут людьми к...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хорошее дельце! Чему веселится Яночка? Знаем мы эти командировки. Софа за границей, и Валентин наверняка там. Дай Бог им острых ощущений, а мне – покоя.
Завтра день рождения у Валеры Кузурова. Уезжали со школьным дружком в Афган вместе. Мечтали вернуться домой с победой. Не вышло. Валера вернулся в цинковом ящике, а я с титаном в затылке. Ночью завершу поэму, посвященную светлой памяти друга, и завтра обязательно съезжу к его могилке. Помяну по христианскому обычаю. Проблема-в бутылке. У соседей не одалживаюсь из принципа. У Янки брать в долг стыдно. Выход один: перехвачу сотенку у Вити Синякова. Познакомился с ним, когда вместе с Софой покупали усадьбу под коттедж. Загадочный парень Витя. По слухам, бывший карманник-виртуоз. Перелицевался в удачливого игрока. Шулер – пробу ставить негде! Чтобы не растренировать пальцы, постоянно тасует колоду карт. Пробовал играть с ним в подкидного дурака. Не выиграл ни разу, хотя с другими играю на уровне. По моей просьбе Витя три раза подряд набрал из колоды «очко». И всегда набирает тройку, семерку, туза. Каким способом получается этот стандарт, одному Вите известно. Говорит, карма у него такая. Стихи слушает внимательно, но не понимает их. Не может отличить ямба от хорея. Видимо, в школе учился плохо.
Синоптики пообещали на завтра дождь с грозой. Но я поеду к Валере – хоть камни с неба. Люблю грозу в начале мая, когда весенний первый гром, как бы резвяся и играя, грохочет в небе голубом… Умели же классики писать стихи на века! А что станет с моей поэзией, когда уйду в вечность?»…
На этом запись обрывалась. До «ухода в вечность» ее автору предстояло прожить всего одни сутки.
В комнату вошел следователь Лимакин и сказал, что на кухне ничего не обнаружили. Бирюков передал ему дневник:
– Изучи, Петр, эти записи самым тщательным образом. После обсудим. Сейчас оформляй с понятыми акт осмотра и протокол выемки. Вместе с дневником изымем по одному экземпляру каждой книги Царькова.
Глава IX"
"Приступив к выполнению прокурорского поручения, Голубев прежде всего отправил в областное Управление уголовного розыска факс с просьбой выяснить через Информцентр личности Виктора Синякова, Валентина Сапунцова и Яны Золовкиной, а также сообщить, чем занимается фирма «Эталон-плюс». Убедившись, что запрос принят адресатом, Слава отправился разыскивать Максима-толстого. Казавшийся поначалу пустяк на самом деле оказался совсем не пустяковым. Ни в магазине «Книги», ни продавцы, торгующие литературой на уличных лотках, о толстом книжнике по имени Максим ничего не знали. О местном поэте Георгии Царькове некоторым из них было известно, но книг на реализацию они у него не брали. В том, что у районных читателей поэзия не в почете, Голубев убедился по книжному ассортименту.
