Автор
Наступившая после грозы ясная весенняя ночь зажгла ритмы души жителей этого маленького городка, где каждый мог найти в себе героя или трагедию. По кладбищу протестировались легкие, вдохнув воздух полным горла — как будто утонувший мир отдавал последние глотки свежести перед новой жизнью....
Как приметил Слава, лишь после второго прочтения она ответила:
– Да, я знаю этого гражданина. Что с ним случилось?
– Потерялся. Не подскажете, где его лучше искать?
– Не подскажу. Наши отношения прервались в прошлом году.
– Понятно. А что за рубцы у Валентина на теле?
Яна ткнула пальцем в ориентировку:
– Здесь же написано: множественные послеоперационные.
– Хотелось бы знать, как они выглядят?
– Я не купала Сапунцова ни в ванне, ни под душем.
– Не в водолазке же он ложился в постель…
На лице Золовкиной появилась озорная улыбка:
– В постели женщину интересуют совсем другие вещи.
– Вата годна для халата? – съёрничал Слава.
Яна засмеялась:
– Вы догадливы."
"– Неужели, правда, не видели этих рубцов?
– Чистая правда.
– Значит, ограничивались только платонической любовью?
– Вопросы любви я не обсуждаю даже с самыми задушевными подругами.
– Извините, эту тему закрываю… – Слава помолчал. – В какой одежде обычно Валентин приезжал к вам.
– Иногда в гражданской, иногда в камуфляже.
– Значит, камуфляжный наряд у него был?
– Разумеется.
– А вот в пути, скажем, он мог переодеться?
– Не знаю. Еще что вас интересует?
– Интереса у меня много, да вы очень не разговорчивая собеседница, – Слава взял со стола ориентировку. – Извиняюсь за отнятое время. До свидания.
– Всего доброго, – сухо ответила Яна.
От «Трех мушкетеров» Голубев, усевшись за руль своего видавшего виды «Запорожца», поехал на улицу Гражданскую, где гостевал у мамки Витюшка Синяков.
Так, в недоумении, Голубев и подъехал к дому Синякова. Крепенький пятистенник с цветущей геранью на подоконниках Слава узнал по стоявшему в ограде красному «Запорожцу». В приусадебном огородике два заросших бомжового вида парня вскапывали лопатами землю.
