Автор
Наступившая после грозы ясная весенняя ночь зажгла ритмы души жителей этого маленького городка, где каждый мог найти в себе героя или трагедию. По кладбищу протестировались легкие, вдохнув воздух полным горла — как будто утонувший мир отдавал последние глотки свежести перед новой жизнью....
Хозяйка кафе «Вдохновение» у речного вокзала в Новосибирске.
– Бензиновых денег Назаряну не хватает?
Синяков усмехнулся:
– Деньги, Вячеслав Дмитрич, такой товар, которого много не бывает. Чем больше «бабок», тем легче их презирать.
– О Сапунцове пацаны что говорят?
– Валян не великая личность, чтобы о нем говорить.
– Что за множественные рубцы у него на теле, не знаешь?
– Одна путанка, жившая с ним, шептала мне, будто, когда Назарян влез в бензиновый бизнес, конкуренты хотели замочить армяшку. При крутой разборке киллеры исполосовали Валяна ножами вдоль и поперек, а он, истекая кровью, разметал кодлу нападавших, как слепых котят.
– А Максим-толстый в какой машине ездит?
– В старом японском джипе, похожем на тот, который от полыхавшей «Тойоты» Царькова на полном газу оторвался."
"– За такую информацию, Витюшка, тебя можно расцеловать, – подпустил лести Слава.
– Я не голубой, чтобы с мужиками лобзаться. Рассказываю только слухи.
– На пустом месте слух не рождается…
К крыльцу подошли копатели огорода. Одному из них было лет семнадцать, другому – под тридцать. Старший виноватым голосом проговорил:
– Вить, бензин кончился. Подзаправь нас маленько.
Синяков нахмурился:
– Вы не свалитесь с ног? Вторую бутылку уже допиваете.
– Рождённые пить не пить не могут, – с претензией на юмор сказал младший.
– Устами юноши глаголит истина! – подхватил старший. – Не боись, Вить, не захвораем. К вечеру, как обещали, огородик вспашем.
– Ну, наливайте по стаканчику, – разрешил Синяков.
Глава XIII
Софию Михайловну Царькову Бирюков узнал сразу, едва она переступила порог кабинета, хотя воочию видел ее впервые. Узнал по цветной фотографии, висевшей в комнате дома, забитого книжными упаковками, на улице Кедровой. Вместо белой блузки с загнутыми широкими обшлагами в этот раз на Царьковой был синий брючный костюм, а дамские украшения, как и на фото, прежние: тройная нитка жемчуга на кисти левой руки, бирюзовый перстенек на безымянном пальце и перламутровые серьги-подвески.
– Извините за растрепанный вид, – усаживаясь на предложенный Бирюковым стул, сказала Царькова. – Я только что с самолета, всю ночь не спала.
– Золовкина встретила вас в аэропорту? – спросил Антон.
– Да, она сейчас в машине.
