В ночной тьме, где пахнет горящими дровами и алкоголями, я пробуждаюсь в оковах. Верёвка впивается в мое горло, а ноги, связанные за спиной, тянутся к земле, лишь руки несут меня. Посмертье встречает меня с острым копьём — алые круги перед глазами и запаха ужаса в воздухе.
Похоже, «Император Пограничья 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Да ты хоть знаешь, кто за мной стоит? Тебя в порошок…
Он пытался держаться дерзко, засыпая меня угрозами, но я невозмутимо взял его ладонь и, глядя прямо в глаза, сломал один палец.
— А-а-а! Тварь… урою… закопаю…
Хруст. Второй палец.
— Ы-ы-ы… С-сука… я тебе…
Хруст. Третий палец.
— А-А-А! СТОЙ! ХВАТИТ! — его голос сорвался на визг. — Спрашивай что хочешь, только прекрати! СПРАШИВАЙ!
Я разжал его руку. Теперь можно было и поговорить.
— Ты сам знаешь, что меня интересует, — процедил я. — Выкладывай. Иначе переломаю всё, что у тебя есть.
И Макар сдался. Плача и причитая, он поведал о своей сделке со старостой, подтвердив все мои подозрения. Как они вдвоём годами скупали у охотников Реликты за бесценок и втридорога перепродавали их через цепочку посредников по всему Содружеству. В том числе и заочно знакомому мне Онуфрию Павловичу из Сергиева Посада.
— У меня со всеми старостами округи такой уговор, — всхлипывал Гривин. — Всё записано в магофоне, вон, в кармане жилета возьми…"
"Порывшись в одежде купца, я действительно обнаружил артефакт связи.
Вскоре вернулись Федот с Гаврилой, ведя на поводу целый табун лошадей. Осмотрев поклажу разбойников и их трупы, мы разжились неплохой добычей. Три винтовки разной степени износа с запасом патронов, пять луков со стрелами, несколько добротных ножей, дубинок и даже один топорик, а также разные полезные мелочи вроде огнива, верёвки, походной посуды.
— Дёшево же ты оценил мою жизнь, — заметил я, укоризненно взглянув на торгаша.
Тот изобразил раскаяние. Я изобразил, что поверил ему.
Тела бандитов мы сволокли в лес, где я применил магию, чтобы вырыть на опушке глубокую яму, куда мы сбросили трупы. Не хоронить же эту мразь по-человечески. Земля была мёрзлая, но под напором моего дара она неохотно поддалась. Остался лишь припорошить могилу снегом, чтобы скрыть следы.
А вот лошадей и трофеи забрали с собой. Гривина, связанного и с кляпом во рту, бросили в сани как мешок с репой.
