В глухой деревне начинается непонятный процесс суда за казнь известного убийцы Гривина, когда главный подозреваемый оказывается сам императором Пограничья. Мистическое обвинение и уверенность дознавателя в правоте казни расшатывают мир деревень, открывая новые слои загадочной истории о сговорах и власти....
Похоже, «Император Пограничья 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Втроём мы уселись за стол во дворе, расстелив бумагу для договора, которая нашлась у Ольховской.
— Вот как это будет работать, — начал я. — Степан станет представителем Угрюмихи. Он будет регулярно наведываться в Дербыши, собирать ваши трофеи и доставлять их сюда Я буду продавать ресурсы в городах. После продажи Степан вернётся к вам с оплатой. Мы берём двадцать процентов за посредничество, остальное — ваше.
Я решил, что это будет справедливой ценой.
— Это получается нам восемьдесят процентов? — Прокоп почесал бороду.
— Поначалу придётся потерпеть, — объяснил я. — Пока не накопим достаточный оборотный капитал. Потом сможем платить сразу при получении товара, не дожидаясь продажи.
Тот понятливо кивнул.
— И ещё одно, — добавил я, когда мы закончили с формальностями договора. — Если хотите, пришлите нескольких ваших охотников. Я обучу их правильно охотиться на Бездушных. Результат — больше трофеев, меньше потерь.
— Евсей хвалил вашу технику, — Прокоп бросил взгляд на своего охотника.
— Ещё как! — подтвердил Евсей, энергично кивая. — Бьют тварей, как мух! Я такого в жизни не видел, староста.
— Звучит заманчиво, — признал глава Дербышей. — Но кто защитит деревню, если охотники будут здесь?
— Присылайте по двое-трое за раз, — предложил я. — Так деревня не останется без защиты, а через месяц-другой у вас будет обученный отряд.
— Это мудро, — согласился староста. — Я так и сделаю.
Едва мы закончили с договором, как со стороны школы, бывшего дома Петровича, донеслись крики.
— Не тревожьтесь, это всего лишь наша школа.
Мы вчера с Ольховской решили, что сегодня же она даст первый урок, чтобы попытаться переключить внимание испугавшихся детей на что-то новое.
И действительно, через мгновение из-за угла выскочил мальчишка лет восьми, за ним с криком гналась раскрасневшаяся Василиса.
— Стёпка! Вернись немедленно, урок не закончен! — её голос сорвался на визг, совершенно не вяжущийся с образом сдержанной девушки, который она обычно старательно поддерживала.
Я сдержал улыбку, наблюдая, как она, споткнувшись, едва не упала, но с поразительной ловкостью восстановила равновесие и продолжила погоню. Заметив меня, геомантка замерла, густо покраснев.
— Проблемы с дисциплиной? — спросил я как можно более нейтральным тоном.
— Они… они невыносимы! — выпалила она, поправляя сбившуюся косу.
