В глухой деревне начинается непонятный процесс суда за казнь известного убийцы Гривина, когда главный подозреваемый оказывается сам императором Пограничья. Мистическое обвинение и уверенность дознавателя в правоте казни расшатывают мир деревень, открывая новые слои загадочной истории о сговорах и власти....
Похоже, «Император Пограничья 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Первый Трухляк с разбегу наступил на участок без снега и тут же провалился в глубокую яму. За ним последовали ещё двое. Из ямы донёсся хлюпающий скрежет — это твари натыкались на заточенные колья, которыми было усеяно дно. Однако Бздыхов было слишком много, и основная масса продолжала преследование, перепрыгивая через ловушки.
Вскоре они наткнулись на яму покрупнее, замаскированную тонким слоем льда и снега. Три немёртвых тела провалились одновременно, и я активировал заранее подготовленный Грязевой капкан. Почва вокруг упавших Бездушных превратилась в вязкую, липкую субстанцию, засасывая тварей, словно зыбучие пески.
Некоторые Бездушные, видя судьбу своих собратьев, пытались перепрыгнуть открывшиеся ямы. В воздухе раздались первые выстрелы — это охотники, засевшие возле меня, метко сбивали тварей в полёте. Ещё несколько Трухляков попытались найти обходной путь, но их также подстрелили.
Наконец, Гаврила добрался до земляной насыпи, где его ждала вся дружина.
"Земля под ногами тварей внезапно треснула с глухим стоном, словно живое существо, не выдержавшее тяжести, и более двадцати Бездушных безмолвно провалились в широкую яму глубиной около двух метров. Их конечности хаотично мелькали в воздухе, как у перевёрнутых насекомых.
Всё это время не смолкал оружейный грохот, и едкий запах порохового дыма облаком собрался вокруг нашей позиции.
В яме же царил настоящий хаос — Трухляки карабкались друг на друга, пытаясь выбраться, но лишь мешали сами себе.
Стриги оказались умнее и сильнее. Широкоплечий человек, чью грудную клетку и лицо покрывали щупальца, даже не замедляясь, грациозно выпрыгнул из ямы, а за ним последовал и кабан-секач, с неожиданной для своей массы ловкостью взобравшийся по смёрзшейся земле.
— Приготовиться! — скомандовал я, и охотники заняли позиции. — Этот — мой!
Пальцы сжали рукоять глефы, ощущая привычную шероховатость обмотки и успокаивающий холод металла, передающийся даже через перчатки.
Стрига-человек первым достиг вершины холма, где его встретил я. Время словно замедлилось, как всегда бывает в бою. Я видел каждое движение тварины, каждое подрагивание щупалец, каждую каплю чёрной жидкости, стекающей по ним.
