Изгнанный боярин возрождается в новом мире с одной целью — создать империю. Из простых оборванцев он выковывает грозный клан, из захолустья возводит крепость, а магичку-боярышню делает своей союзницей. На пути к величию его ждут враги, интриги и испытания, которые закалят дух истинного...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Император Пограничья 3»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Изгнанный боярин возрождается в новом мире с одной целью — создать империю. Из простых оборванцев он выковывает грозный клан, из захолустья возводит крепость, а магичку-боярышню делает своей союзницей. На пути к величию его ждут враги, интриги и испытания, которые закалят дух истинного...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Изгнанный боярин возрождается в новом мире с одной целью — создать империю. Из простых оборванцев он выковывает грозный клан, из захолустья возводит крепость, а магичку-боярышню делает своей союзницей. На пути к величию его ждут враги, интриги и испытания, которые закалят дух истинного...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Император Пограничья 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
«Нет, внутрь я не совался», — ворон тяжело перевёл дыхание, — «но благодаря нашей связи и твоей склонности к стихии земли, я смог почувствовать структуру подземелья. Там как минимум три уровня».
Я не сомневался, что настоящая опасность ждёт на нижних уровнях.
— А Бездушные? Сколько их там?
«Много», — мрачно каркнул Скальд. — «На поверхности не меньше пятнадцати-двадцати обычных, включая двух Стриг».
— Есть ещё что-то важное? — спросил я, делая последние пометки.
Скальд задумался, склонив голову набок.
«Да, две вещи. Во-первых, твари на поверхности постоянно меняются. Они выходят из подземелий и уходят в лес, потом возвращаются. Похоже на патрулирование. В полдень их активность снижается — они прячутся в тени, избегают прямого солнечного света».
Он замолчал, как будто собираясь с мыслями.
«Во-вторых, в самом центре подземелий есть что-то ещё. Что-то, что контролирует всех остальных. Я не видел его, но чувствовал. Оно… разумно. И оно знало о моём присутствии. Я слышал его голос в своей голове — оно звало меня спуститься глубже».
Жнец. Как и описывал отец Бориса. Значит, и в этом информация была верной.
— Ты видел его? — с интересом уточнил я.
«Лишь на мгновение, но этого достаточно, чтобы заработать кошмары до конца моей птичьей жизни», — Скальд подпрыгнул на месте в испуге. — «Оно передвигается на шести или восьми конечностях, быстро, как паук. Тело больше похоже на человеческое, но вытянутое и искажённое. И самое жуткое — оно не имеет лица. Только чёрная пульсирующая масса, голова, как портал в саму бездну».
— А крыло? — я бережно провёл пальцем рядом с раной, оценивая повреждение. — Как это произошло?
Скальд нервно дёрнул здоровым крылом, словно вспоминая неприятный момент.
«Бздых», — выплюнул он с явным отвращением. — «Летающий выродок. Думал, что в тех краях их нет, но ошибся — один выскочил из тумана над болотом, когда я уже заканчивал разведку».
Я внимательно осмотрел рану. Длинный разрез выглядел как след от когтя крупной хищной птицы.
«Как в прошлый раз», — ворон раздражённо встряхнулся. — «Только тогда рядом был Радомир, твой прапрапра-и-так-далее-дед. А сейчас пришлось самому выкручиваться. Эти твари быстрые, не то что обычные ястребы. И умные — загонял меня над самым капищем, куда я не собирался соваться»."
"— И как ты справился? — спросил я, впечатлённый тем, что фамильяр смог уйти от воздушного хищника с повреждённым крылом.
«Нырнул в расщелину между камнями, куда эта тварь не могла пролезть», — Скальд горделиво выпятил грудь. — «Пришлось просидеть там почти час, пока он караулил снаружи, попутно залечивая рану. А потом повезло — появились две Стриги, и они отвлекли его внимание. В суматохе я выскользнул и улетел по низкой траектории над самой топью».
