Боярин-изгнанник получает второй шанс на жизнь и решает создать собственную империю. Из отребья и нищеты он кует грозную силу, способную изменить судьбу целого государства. Но на пути к власти его ждут враги, магия и роковая страсть к загадочной боярышне-волшебнице.
Раздел Chitat.online для книги «Император Пограничья 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боярин-изгнанник получает второй шанс на жизнь и решает создать собственную империю. Из отребья и нищеты он кует грозную силу, способную изменить судьбу целого государства. Но на пути к власти его ждут враги, магия и роковая страсть к загадочной боярышне-волшебнице.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боярин-изгнанник получает второй шанс на жизнь и решает создать собственную империю. Из отребья и нищеты он кует грозную силу, способную изменить судьбу целого государства. Но на пути к власти его ждут враги, магия и роковая страсть к загадочной боярышне-волшебнице.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Император Пограничья 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Воевода Платонов, Святослав предупредил о вашем звонке, но, признаться, я удивлена, — её голос в магофоне звучал с лёгким металлическим оттенком. — Обычно аристократы избегают общения с прессой.
— У меня нет привычки прятаться, — ответил я, перекладывая магофон из одной руки в другую. — Сейчас в Эфирнете распространяется немало лжи об Угрюме. Предлагаю встретиться и поговорить о фактах, а не домыслах.
— Интересное предложение. Какие темы вы готовы обсудить?
Я обозначил четыре ключевых направления, и Дарья согласилась подъехать завтра в наш магазин ближе к полудню.
* * *Онуфрий Павлович Большелапофф сидел в своём маленьком кабинете, спрятанном за торговым залом лавки «Большелапофф и сыновья». Дубовый стол, видавший лучшие времена, был завален бумагами — счетами, расписками, уведомлениями из банка. В правом углу комнаты мерцал магический светильник, наполненный тусклым голубоватым светом — дешёвка, не сравнить с теми шарами, что освещали его кабинет год назад.
Он потянулся к графину с водкой, щедро наполнил рюмку и залпом выпил, не чокаясь, словно на поминках. В каком-то смысле так оно и было — тризна по его благополучию.
«Как же всё покатилось под откос», — думал Онуфрий, разглядывая бумаги перед собой.
Раньше дела шли прекрасно — налаженная схема с начальником Реликтового приказа Мухиным гарантировала стабильный доход. Они скупали у простаков Реликты за копейки, а затем он перепродавал их дальше с солидной наценкой. Чистая прибыль составляла минимум 200% с каждой сделки."
"А потом появился этот проклятый Платонов! Онуфрий сжал кулаки так, что побелели костяшки. Прохор, мать его, Игнатьевич, чтоб его волки сожрали! Боярин из Пограничья прибыл в город и за пару дней разрушил всю схему, вскрыв махинации и отправив Мухина под следствие. Сам Онуфрий избежал тюрьмы лишь чудом, запугав Акакия так сильно, что он не рискнул выдать подельника. Достаточно было лишь упомянуть, что у Мухина на свободе остаётся престарелая мать и жена с сыном. Тот всё понял сразу.
Последствия оказались катастрофическими. Источник дешёвых Реликтов исчез. Пришлось закупать товар втридорога у других поставщиков, пытаясь выехать на продаже готовых артефактов, отчего рентабельность рухнула. Расходы росли, прибыль падала. Пришлось заложить и лавку, и склад, взяв три крупных кредита в местном банке. Деньги таяли, а перспективы становились всё мрачнее.
Затем была история с Кабаном. Большелапофф покачал головой, вспоминая, как он навёл бандита на лавку Платонова, надеясь избавиться от конкурента. Но вместо того, чтобы отступить, Платонов каким-то невероятным образом уничтожил всю банду и даже получил благодарность от княжеских властей.
— Чтоб тебя Бздыхи поимели! — пробормотал Онуфрий, наливая вторую рюмку.
