В зале стоял острый запах горящего дуба, а за окном заливались сумерки. Только два воина — Даррен и Левайр — великий император Элеарской Тройственной Империи, Первый Советник и сам император, которого никто уже не видел ни глазами живого, ни в мифах.
Милида же, не замечая ничего и никого, оплакивала свою жизнь. Хестер, чутко прислушиваясь к происходящему, просчитывала варианты. Как говорил старый граф: «Запомни, во дворце никто и никогда не бывает один. Уши и глаза есть и у мраморных стен, и у шелковой травы в парке. Наряжайся так, будто готовишься к большому приему, говори так, будто вокруг сотня свидетелей».
- Моя дражайшая подруга вне себя от чувств,- голос леди Аргеланд с легкостью перекрыл смех. - Клянитесь своей душой, кровью и магией, Ирвайл Легранье.
Смех стих.
- О чем вы говорите, леди Мерех? С каких пор недостаточно слов благородного лорда? - строго проговорил Лувиан Антрам."
"- Слов всегда недостаточно,- жестко прознесла леди Аргеланд. - Печать видна лишь мужчине, женщине же приходится довольствоваться клятвой. Так клянитесь же, лорд Ирвайл Легранье! В присутствии свидетелей вы назвали императорскую невесту своей истинной. Докажите, что вы не просто так посягнули на ту, что принадлежит Императору.
Насмешники немного побледнели и Лувиан Антрам попытался спасти ситуацию:
- Не стоит так грубо говорить о невестах, леди не вещи, они не могут принадлежать кому-либо.
- Чаша выбора одарила Милиду из Ревнянки кольцом с искрой силы Императора,- Хестер скупо улыбнулась,- что это, как не принадлежность Ему? Итак, вы, Ирвайл Легранье, третий сын барона Легранье, заявляете, что узрели истинную пару в лице Милиды из Ревнянки. Принесите клятву и снимите кольцо с руки вашей истинной.
Милида выступила из-за спины Хестер и подняла на Ирвайла заплаканный взгляд:
- Вам смешно, милорд? Мои чувства и страхи это ваше развлечение?
- У грязи есть чувства? – завитый и напудренный юнец вскинул бровь,- сомневаюсь.
Он щелкнул пальцами и напомаженный, изнеженный юноша исчез, оставив вместо себя высокого и худого мага. Короткая стрижка, глубоко запавшие глаза и горькая складка у уголках губ – младшему сыну барона Легранье было около двадцати трех лет, но выглядел он на все сорок.
- Значит, вы признаете, что все произошедшее было не более, чем дурновкусной шуткой? – Хестер едко усмехнулась.
- Небольшой розыгрыш, чтобы показать юной селянке всю глубину ее заблуждений,- заюлил Лувиан Антрам.
- Я, Хестер Мерех, одна из невест Императора Элеарской Тройственной Империи, вызываю на дуэль чести тебя, Лувиана Атрама, среднего сына виконта Сенрин Атрама. Причина – оскорбление.
