Вечерами в одиночестве вспоминала прошлое Императрица Мария. Уныние ее окутывало как плед на постели, и лишь княжеская честь помогала стоять у окна и глядеть на мир за закрытыми черными шторами. Время тянулось медленно, словно затянутый плащом ветер — Мария не знала, куда девать свою душу после смерти последнего брака и его неудачной продолжительности....
Надо просто открыть глаза, и свет станет белым. Правда, здесь он не совсем белый, он тусклый, его мало, но он есть. И это не гроб, это какой-то дом. Главное – не двигаться, а то опять будет больно. И очень хочется пить.
Она открыла глаза и в плывущем размытом свете увидела склонившееся над ней чье-то лицо. Чье? Какая разница?
– Пить! Пить!
К губам прижалась кружка, и живительная влага потекла в рот.
«Боже, как хорошо», – подумала она и опять отключилась.
Когда сознание вновь вернулось, она была одна. Стараясь не шевелиться и только водя по сторонам глазами, она смогла осмотреть помещение, в котором находилась.
«Что со мной? Почему так болят голова, и бок, и нога? Почему вообще все так болит? И как я сюда попала? – Она не на шутку испугалась. – А кто я?»
Она не могла вспомнить, как ее зовут, кто она и что с ней произошло. И от этого ей стало еще страшнее. И она заплакала.
Раздались чьи-то шаги, и, на секунду заслонив низкий дверной проем, внутрь помещения вошел человек.
«Красивый», – подумала она и попыталась улыбнуться.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Николай.
– Ничего. Только мне больно шевелиться.
– А тебе и не надо шевелиться. По возможности, конечно.
– Где я?
– В тайге, на заимке.
– Где?
– На охотничьей заимке. Это избушка такая маленькая в лесу.
– А как я сюда попала?
– Я тебя принес.
– Почему?
– Ты ранена. Тебя хотели убить.
– Убить? Кто?
– Плохие люди.
– Вы меня спасли и спрятали, да?
– Да. Но ты можешь говорить мне «ты». Я не гордый и не принц на белом коне.
– Какой принц? – удивилась она.
– Ну, такой, с мечом.
Она засмеялась и сразу сморщилась – смеяться было больно.
– Хочешь пить? Есть малиновый свар.
– Свар? Что это?
– Ну, напиток такой, типа компота.
– Хочу, – согласилась она.
Она проводила его взглядом. Смотрела, как он наливает в кружку свар.
«Босой, одет в простые штаны и рубаху. Господи, как она называется? Мне ведь кто-то говорил как. А, вот – косоворотка. Нет, он не принц. Но говорит правильно, хотя и как-то странно, но не как простые люди. А откуда я знаю, как говорят простые люди?»"
"– Кто вы? – спросила она, сделав пару глотков малинового свара, показавшегося ей безумно вкусным. Кажется, что ничего вкуснее она не пила в жизни.
– Друг, – улыбнулся Николай. – Самое страшное уже позади.
