Обед на троих, а более никого, – тихо приказал Петр и загадочно посмотрел на Екатерину Алексеевну, та стала бледной в какой-то миг. Женщина хотела что-то ему сказать, но осеклась под предупреждающим взглядом…
Вошедшие в опочивальню слуги быстро надели на Петра новый преображенский мундир, наложили через плечо голубую ленту и облачили в башмаки. Император чуть-чуть улыбнулся супруге и вышел из комнаты вслед за Нарциссом, который сопроводил его в императорский кабинет.
Но и там Петр надолго не задержался – переговорив с Минихом о незначительных пустяках, он достал из знакомого ларца большой крест ордена святой Анны и тут же возложил его на шею старого фельдмаршала.
Потом Петр пригласил Миниха на обед, проводил до дверей и вскоре вышел из кабинета, поигрывая тростью «доброго дедушки», оставив в комнате подарочную шпагу от другого «родственника»…
Петергоф представлял собой огромную стройплощадку – большого каскада фонтанов со знаменитым Самсоном еще не было в помине, Главный дворец только доводился до ума. Но зато имелся старый деревянный дворец Петра Первого Монплезир, и был вырыт большой канал, по берегам которого опытные руки садовников разбили чудесный парк.
Но Петр не любовался открывшимися перед ним красотами, которые до этого разглядывал лишь с военной точки зрения. Сейчас он думал о другом – если помаячить всласть у главного входа, то это неизбежно привлечет внимание Григория Орлова.
Потом можно спуститься к каналу и тихо там прохаживаться с женой под руку, отослав охрану подальше, – и гвардеец не может не клюнуть на такого живца. Клюнет обязательно…
Петр прекрасно осознавал весь риск такой авантюры, ведь попади в его живот одна случайная пуля – и все, хрен он встретит пятый закат, загнется скорбно и концы отдаст.
Но страха в душе он не испытывал – четыре нечаянных встречи у него уже было с братьями Орловыми, и он выходил из них победителем. Можно назвать это как угодно – фатум, рок, судьба, кысмет – но в пятой встрече должно было решиться все. И что эта встреча состоится вскоре, в этом у него не было никакого сомнения.
Ждать супругу пришлось недолго – Петр выкурил только одну папиросу. И обомлел. В красивом зеленом платье с глубоким декольте, со стоячим белым кружевным воротником, с распущенными черными волнистыми волосами, с манящей улыбкой и нежным взором жена была настолько обворожительна и привлекательна, что у него дыхание в зобу сперло.
И Петр мысленно выругал «тезку» последними словами – если умных красавиц заменяют уродливыми дурами, то в голове у мужика кукушки кукуют и тараканы нехилые бегают, и таких нужно не на трон усаживать, а в психушке запирать.