«Надо прекратить этот бордель! – решительно остановился Рык, но тут же ощутил в голове и совершенно иные мысли: – Все в полном орднунге, то есть в порядке», – а именно это и должно нравиться настоящему кайзеру, то бишь императору.
«Никак клиент очухался и свой голос подает?!» – усилием воли Петр задавил чуждые мысли в голове и решил отложить разнос.
Нацепив на свое лицо самую свирепую маску, Рык шествовал за старым фельдмаршалом, совершенно не глядя по сторонам, делая ужасно занятой вид. Они быстро подошли к противоположной двери, и стоящий перед ней на карауле знакомый усатый офицер тут же открыл перед ними створки.
«Это правильно, у меня должен быть кабинет, но не спрашивать же, где оный находится. Вот Миних и помог». – Петр решительно вошел в кабинет, пытаясь сориентироваться на ходу.
Массивный стол под окнами, за ним кресло, в противоположных углах по шкафу, еще два кресла, подставка с трубками и банкой с чуть дымящимся фитилем – напряженный взгляд Петра быстро обежал кабинет.
На столе чернильница, перья, зачем-то чашечка с песком, какой-то валик непонятного предназначения, большой колокольчик с длинной вычурной серебряной ручкой.
Комната такая же шикарная – все в лепнине и позолоте. Хотя при дневном свете Петр сообразил, что весь этот блеск к золоту не имеет никакого отношения, слишком дорогое было бы это удовольствие, скорее всего – просто полированная бронза.
Первым делом Петр подошел к подставке, взял плотно набитую табаком трубку, раздул тлеющий фитиль до огонька и подкурил от него. Медленно прошелся по кабинету, выгадывая время для разговора, несколько раз пыхнув дымом из трубки. Товарищ Коба – ни дать ни взять!
– Ваше величество, что вы собираетесь предпринять?
– Пока ничего не собираюсь, мой старый друг. Буду ожидать генерала Измайлова. Надеюсь, он привезет самые свежие сведения, которые либо подтвердят, либо опровергнут то, что говорил мне дед.
– Государь, я боюсь, что вы делаете страшную ошибку!
– Это может быть просто ночным кошмаром…
– В кошмарных снах, государь, не проливают настоящую кровь. И меня бил тростью ваш великий дед, и многих других тоже бил. И это было отнюдь не во сне. Да и свою трость он у вас в кабинете не случайно оставил. Не удивляйтесь, государь, я узнал ее, тем более что сорок лет назад имел возможность испытать эту трость на своей спине. Ваше величество, вам надо немедленно действовать! – Миних уже откровенно горячился.
