В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
Одинаковые здания в форме шаров, наполненные товарами определенной направленности. Огромные металлические вывески с перечислением вещей, что продаются именно в этом здании. Я хорошо знал владельца лучшего столичного склада с товарами для детей, но помедлил, не решаясь в него войти. Могут возникнуть ненужные вопросы. Продавец прекрасно знает, что у меня детей никогда не было и скажи я ему, что у меня появилось такое счастье, об этом будет судачить весь Лаимас. Отправляясь в Криелти, я об этом не подумал, хотя мог взять с собой Курта.
Тогда я решил накрыть мидиши тканью и оставить его в отдалении от рынка. Натянул капюшон плаща и отправился искать того, кто сможет вместо меня заняться покупками, не задавая вопросов. Лучше выбрать помощника другой расы.
Когда мне на глаза попался кармус, я сразу решил, что подкупить лучше его.
Оказавшись у ворот поместья, я заметил, что они не закрыты на засов, как я просил. Но не успел слезть с мидиши, как Курт поспешил впустить повозку в Кротус.
– Господин Дирам, у нас гостья из Инфернума.
– Давно приехала? – зарделось мое сердце, а губы расплылись в улыбке. Догадалась, что нужно меня посетить.
– С час назад.
– Разбери повозку и обустрой детские покои. Сообщишь, когда все будет готово.
– Хорошо, хозяин.
– Где гостья?
– Она попросила отвести ее в ваши покои, – со страхом произнес гарпи.
– Займись делом, – бросил я и побрел в поместье.
Я ожидал увидеть в своих покоях что угодно, но не голое тело Айдис на постели. Мне хотелось поскорее поговорить с ней о деле, а шантаи снова взялась за свое. Ее напор и доступность начинали меня раздражать. Я замкнул за собой дверь и подошел к спинке кровати, обвел ее взглядом, задержавшись на груди. Она с улыбкой ласкала свой сосок и смотрела мне прямо в глаза.
